суббота, 22 апреля 2017 г.

Психология допроса военнопленных.


Женевская конвенция 1949 года запрещает «методы физического и психологического воздействия», и в частности любое давление, для того, чтобы получить от пленного информацию.

Вместе с тем, анализ локальных современных войн свидетельствует о том, что в допросах военнопленных присутствуют психологическая изощрённость, пристрастие и неоправданная жестокость.

ИССЛЕДОВАНИЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ АСПЕКТОВ ПЛЕНА.

Война – это эпидемия жестокости, убийств, безумного, всепоглощающего страха, массового сумасшествия, тяжелых утрат, боли от ранений и травм, крушения ценностей, нечеловеческой усталости и всеобщего хаоса.

Война создает множество сложнейших комбинаций, когда возможности человека оказываются на пределе. Но, пожалуй, самым худшим исходом войны для отдельного ее участника, а иногда тысяч и миллионов воинов, является плен.

Признание того, что солдаты любой, в том числе и своей, армии могут быть пленены, требует не просто трезвого взгляда на войну, но и определенного мужества. В нашей армии, к сожалению, на протяжении многих лет такая объективная реальность войны, как плен, просто игнорировалась, и практически всех военнослужащих, попавших в плен, относили к предателям.

Такой подход, в конце концов, унижал нашего воина и само государство, где «предательство» приобретало гигантские масштабы. Между тем процент перебежчиков за годы войны (прим. - Великой Отечественной войны) не превысил 15 человек на 1 000 военнопленных.

А это значит, что «быть пленным», «попасть в плен» и «сдаться в плен» – явления совершенно разные с нравственной, поведенческой, психологической и юридической точек зрения, так же как и «предатель», «изменник», «пленный» – характеристики совершенно разных личностей. Мы не поощряем сдачу в плен, но допускаем боевые ситуации, в которых этого нельзя избежать.

Исследование показывает, что в некоторых вооруженных конфликтах плен как результат боевых действий иногда превосходит все другие результаты. В Русско-японскую войну было пленено около 70.000 наших солдат, в Первую мировую войну – свыше 3,4 млн чел., в Великую Отечественную войну – свыше 4,5 млн.

Между тем, за все годы войны, по официальным докладам «наверх», попало в плен 36 тыс. наших воинов, а миллионы числились пропавшими без вести. Игнорирование реальности плена ведет к тому, что не учитывается один из важнейших факторов боеспособности войск.

Еще в начале XX в. Н. Краинский писал, что одним из приемов деморализации неприятельской армии является воздействие на нее через пленных. Когда «распространяется слух о мягком обращении с пленными, целые толпы охотно сдаются в плен. Миллионы пленных – тому доказательство…

Командующему остается лишь поощрять сдачу неприятеля…Широко практикуется распропагандирование пленных в лагерях, инсценируются побеги уже развращенных пленных, направляемых в свою армию для разложения».

В годы Первой и Второй мировых войн, войн в Корее и во Вьетнаме методы переформирования поведения (переубеждения) военнопленных были детально проработаны и сегодня достигли высоких технологических форм.

Достаточно сказать о том, что к концу корейской войны (1950–1953 гг.) 70 % американских военнопленных, число которых в Китае достигало 7 190 человек, либо признались в совершении преступления, либо поставили свои подписи под призывами прекратить войну в Азии. Более того, многие из них не отказались от своих признаний и после возвращения в США.

Военные психологи, исследуя феномен пленения, работают в двух направлениях: 1) пытаются выявить основные причины пленения военнослужащих, раскрыть факторы и специфику психических состояний, сущность личностных трансформаций, имеющих место у военнопленного, показать психологическую специфику условий его жизнедеятельности, выработать рекомендации по предупреждению попадания в плен и 2) исследуют эффективные методы допроса вражеских пленных, их использования в психологическом воздействии на противника.

Вместо указания одной причины – предательство, психологи выделяют как минимум пять групп причин: военные, психофизиологические, психологические, медицинские, идеолого-политические.

Среди факторов, определяющих поведение военнопленного, выделяются мужество, патриотизм, вера, страх смерти, пыток, неизвестность, лишение сна, «сшибка» биоритмов, тоска и скука, сенсорная депривация, унижения, голод, лишения, постепенное угасание надежды, усталость, взаимное недоверие пленных, одиночество и др.

Военная психология исследует психологические последствия нахождения в плену. В последнее время говорится о таком феномене, как «психоз колючей проволоки» («невроз возвратившихся из плена», «синдром концлагеря»), при котором, по описанию В. Франкла, проявляются беспокойство, чувство усталости, ухудшение концентрации внимания, возбудимость, непоседливость, ослабление памяти, раздражительность, вегетативные симптомы, депрессии и головные боли, 78 % людей жаловались на ночные кошмары – им снился концлагерь.

В целом ряде случаев до проявления подобных многочисленных симптомов проходило шесть и более месяцев, затем нередко наблюдалось замедленное протекание, в некоторых случаях без тенденции к выздоровлению. Так, многие еще через четыре года после возвращения домой страдали от последствий пребывания в концлагере, а у 44 % вернувшихся это приняло хронические формы.

В психике пленных происходят заметные сдвиги в сторону инфантильности. В отношениях друг с другом они могут вести себя по-детски, ссориться из-за пустяков, плакать, если сосед забирает у них какую-нибудь ничтожную тряпку или щепку; испытывать бессилие, вялость, пытаться бить друг друга, не причиняя один другому ни малейшего вреда. Так же по-детски, беззлобно и естественно, мириться, не помня недавней ссоры.

В целом можно сказать, что язык психологии и психиатрии слишком беден, чтобы выразить в понятиях все то, что наблюдает эксперт при обследовании этих людей.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПРОВЕДЕНИЯ ДОПРОСА.

Военная психология разрабатывает также приемы эффективной работы с военнопленными противника. 

Американские и английские военные психологи анализируют эффективность таких, используемых на практике, способов допроса военнопленных, как убеждение, внушение, устрашение, психологическое изнурение (нарушение сна, «сшибка» биоритмов, ограничения в отдыхе, раздражающие ольфакторные, световые и звуковые эффекты, сенсорная депривация, социальная изоляция, помещение в «клаустрофобогенное» пространство, монотония, скука, нарушение отправления естественных надобностей и др.), переформирование поведения (зомбирование), гипносуггестивный допрос, медикаментозное воздействие, моделирование социальных ситуаций (игры в «плохого» и «хорошего» следователя, использование «подсадных уток», манипулирование гордостью и личным достоинством и др.).

Классифицируя методы воздействия на человека, Р. Ронин пишет, что они могут быть щадящими (внушение) и агрессивными (шантаж), простыми (запугивание) и изощренными (зомбирование), трудноуловимыми (нейролингвистическое программирование) и дополняющими (фармакоуправление). Одни из них требуют лишь специфической подготовленности специалиста (убеждение, внушение, подкуп), а другие – еще и специальной аппаратуры (электрошок, подпороговая стимуляция и др.), аппарат «электросон» и др.

Американские специалисты выделяют «советскую», китайскую и американскую системы допроса. Если первые два подхода опираются, по их мнению, преимущественно на убеждение, внушение, психологическое изнурение, то американская система – на широкое применение наркопрепаратов, гипноза, абсолютную сенсорную депривацию и социальную изоляцию, зомбирование, «выращивание из человека растения», применение электрошокеров, аппарата электросна, полиграфа и т. п.

В США изучение методов получения информации, в том числе у военнопленных, ведется непрерывно и интенсивно. Особенно активно разрабатываются направления исследований, связанные с использованием полиграфа («детектора лжи») и фармакологических препаратов («сывороток правды»). 

С 50-х годов XX в. здесь реализуется ряд специальных исследовательских программ (BLUEBIRD, ARTICHOKE, CHARTER, MKULTRA). В интересах допроса испытываются комбинации депрессантов и стимуляторов, различные газы в герметических камерах, аппарат «электросон», различные электрошокеры.

Был создан «суперполиграф», встроенный в кресло, и др. Исследовалось влияние на способность допрашиваемого сопротивляться психологическому давлению при воздействии на него ультразвуком, вибрацией, тряской, высоким и низким давлением, кофеином, утомлением, облучением, изменением температуры воздуха и освещения.

Военные психологи изучают типологические особенности нервной системы, темперамента, характера, ценностных ориентации допрашиваемых, их способность противостоять психологическому давлению, уязвимость перед различными видами воздействия.

В исследованиях психологических аспектов допроса, так или иначе, принимали участие известные представители отечественной и зарубежной психологической науки и практики.

В частности, А.Р.Лурия разработал способ исследования аффективных реакций человека, позволяющий фиксировать отражение изменения вегетативных функций (артериального давления, пульса, дыхания и т. д.) в речевых и двигательных процессах. 

В ходе исследования испытуемому предъявляется ряд словесных стимулов, на которые он должен ответить свободной ассоциацией и одновременно нажать кнопку пальцами правой и левой рук. Изменение длительности и форм речевых и деформации двигательных ответов указывают на вызванное словом-стимулом эмоциональное состояние. 

По существу, эта тестовая система представляет собой своеобразный детектор лжи. Косвенно вопросами психологии влияния на людей в интересах ЦРУ занимались Г. Айзенк, Дж. Гиттиннгер, Т. Лири, Г. Мюррей, М. Мид, Ч. Осгуд, К. Роджерс, Б. Скиннер и др. 

Некоторые из них получали деньги в виде грантов лишь за то, чтобы придать легитимность и невольно замаскировать сущность деятельности созданного ЦРУ «Общества экологии человека».

В британских пособиях по допросам рекомендуется при допросе измотать пленного, заставить его потерять ориентацию и вызвать у него чувства незащищенности, беспокойства и страха: «Унижайте, раздевайте догола, угрожайте». 

Британские военные обучают будущих специалистов по проведению допросов таким методам, как угрозы, сенсорная депривация (резкое ограничение сенсорной информации, в том числе и с помощью психотропных средств) и принудительное раздевание догола, что явно противоречит Женевской конвенции. Об этом стало известно газете Guardian.

Недавно разработанные секретные учебные пособия рекомендуют офицерам, проводящим допросы, стремиться к тому, чтобы унизить и измотать пленного, заставить его потерять ориентацию и вызвать у него чувства незащищенности, беспокойства и страха. Предлагаются также методы, которыми можно добиться всего этого.

В одном подобном пособии, созданном в сентябре 2005 года, прямо говорится, что перед допросом с арестованного необходимо снять всю одежду. Поощряется принудительное раздевание допрашиваемого догола. 

«Разденьте их догола, – написано там, – и держите в таком виде, если они не подчиняются командам». Другой «учебник», подготовленный примерно в то же время, советует завязать пленному глаза для оказания на него давления. 

Руководство, разработанное в апреле 2008 года, предлагает держать взятых в плен военнослужащих противника в состоянии физического дискомфорта и запугивать их. Там также говорится, что применение метода сенсорной депривации является обоснованным, если «на то есть убедительные оперативные причины».

В более поздних учебных пособиях написано, что повязка на глаза, наушники и пластиковые наручники являются основными средствами воздействия, которые использует офицер, специалист по допросам. 

Хотя там и указано, что пленный должен спать или отдыхать 8 часов в сутки, тем не менее, рекомендуется не прерывать его сон только в течение четырех часов. Более того, допрашивающему офицеру предлагается сообщить пленному, что его будут держать в изоляции, если он не станет отвечать на вопросы.

Все секретные учебные материалы британской армии были разработаны после смерти иракца по имени Баха Муса (Baha Mousa), гостиничного портье, которого британские военнослужащие запытали до смерти в Басре в сентябре 2003 года. 

Некоторые из этих пособий были созданы уже после опубликования итогов расследования, проведенного в армии Великобритании по фактам жестокого обращения с гражданскими лицами в Ираке. В январе 2008 года следователи пришли к заключению, что, хотя в некоторых случаев необходимо применить дисциплинарные меры, жестокое обращение с мирными жителями все же не было повальным.

Документы, свидетельствующие о жестоком обращении с задержанными, собранные командой юристов во главе с солиситором из Бирмингема Филом Шайнером (Phil Shiner), предположительно включают 59 инцидентов, когда арестованным надевали на голову мешки, 11 случаев пыток электрическим током, 122 случая лишения возможности слышать путем использования наушников, 52 случая пыток бессонницей, 131 случай лишения возможности видеть с помощью затемненных очков, 39 случаев принудительного раздевания догола и 18 инцидентов, когда задержанным не давали заснуть путем воспроизведения порнографических фильмов на портативных компьютерах.

Эти материалы разрабатывались, как руководство для офицеров, которые проводят первичные допросы военнопленных, а также для военнослужащих, включая и женщин, всех трех родов войск британских Вооруженных сил, чьей специальностью является более серьезное дознание.

Курсы обучения вели специалисты по допросам, военнослужащие войсковой части, известной, как служба F, которая входит в состав Объединенной организации разведывательного обеспечения (Joint Services Intelligence Organisation) и располагается в штаб квартире этой организации в графстве Бедфордшир.

Будущим специалистам по допросам советуют выбрать для дознания укромное место, желательно с интерьером, который выглядит «мерзко и отвратительно». Морской грузовой контейнер рекомендуется, как идеальное помещение, которое способно обеспечить «уединение и секретность проведения допроса». 

Выбранное место должно находиться «вне пределов слышимости» и быть «недоступным для сотрудников СМИ». В одном из документов говорится: «Применение пыток полностью исключается!» Однако затем идет описание методов жестокого обращения, которые дознаватель может применять.

Перед тем, как задавать вопросы, пленного рекомендуется привести в «соответствующее состояние» или, проще говоря, «обработать», причем при такой обработке дознаватель комбинирует «давление, вызванное самовнушением», и «систематическое давление со стороны следователя». 

Для того чтобы вызвать у допрашиваемого чувство «беспокойства/страха», рекомендуется проводить вопрос в «резкой манере», т. е. задавать вопросы пленному прямо в лицо, кричать, ругаться и угрожать. Полезным для дела является вызвать у задержанного «чувство беззащитности», заставить его «потерять ориентацию» и «унизить».

В качестве совета, в учебных материалах говорится, что после того, как пленного разденут догола, необходимо произвести обыск, т. е. оттянуть его крайнюю плоть и раздвинуть ягодицы. Это часть процесса «обработки», а не мера безопасности. Один из разделов курса обучения озаглавлен: «Позиционная асфиксия – признаки и симптомы».

Предполагают, что Баха Муса умер именно от позиционной асфиксии, когда солдат поставил колено ему на спину, а затем оттянул назад чехол, одетый на голову жертвы. Несчастный получил 93 травмы в процессе «дознания», которое проводили солдаты 1 батальона Королевского ланкаширского полка.

В судебном порядке рассматривается деятельность учебного подразделения Объединенной организации разведывательного обеспечения после того, как ее сотрудников направили в Ирак для проведения допросов местных жителей. 

Они осуществляли свою деятельность на секретных объектах для дознания, которые носили название Объединенные группы полевой разведки (Joint Field Intelligence Teams). Эти помещения располагались внутри лагерей для военнопленных и имели свою собственную охрану, которая не подчинялась руководству лагерей. 

Первой такой группой, развернутой военными в городе Умм-Каср (Umm Qasr) к северу от кувейтской границы, командовал капитан-лейтенант Королевских ВМС, в то время как дознавателями служили простые резервисты, мобилизованные незадолго до вторжения в Ирак. 

По свидетельствам, полученным в процессе официального расследования смерти Бахи Мусы, некоторые британские офицеры жаловались на жестокое обращение с задержанными на этом объекте. 

Один военнослужащий сообщил следствию, что он видел, как примерно тридцать иракцев заставили принять неудобную коленопреклоненную позу, и в этом положении они стояли на солнце, причем руки у них были скованы наручниками сзади, а на головы надеты мешки из-под песка. 

Некоторые из этих офицеров назвали подобное обращение негуманным и незаконным, а другие отметили, что эти факты способны подорвать репутацию британской армии. 

По словам одного подполковника, опрошенного следствием, он придерживается мнения, что фотографии, иллюстрирующие случаи жестокого обращения, «пагубным образом скажутся на имидже наших военнослужащих», и посоветовал натянуть защитный экран вокруг объекта Объединенной группы полевой разведки, чтобы «скрыть методы ведения допросов, которые способны оттолкнуть местное население от британских военных».

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПОДГОТОВКА К ВЫЖИВАНИЮ В ПЛЕНУ.

Военная психология вырабатывает рекомендации по психологической подготовке военнослужащих к выживанию в плену. В этих целях эффективными мерами психологической подготовки считаются информирование о сущности физических, нравственных и психологических последствий плена и тренинг способов выживания в смоделированных условиях плена.

Специальный тренинг проходит летный состав армии США, спецназовцы многих стран мира. В соответствии с этой программой военнослужащие по 20–30 человек помещаются в условиях лагеря в грязный бункер, находящийся наполовину под землей.

Некоторых из них помещают в клетки, пол которых залит зловонными помоями.
С обучающимися по данной программе отрабатываются темы:
«Техника увиливания во время допросов»;
«Борьба с усталостью»;

«Здоровая фантастика в условиях полной изоляции»;
«Натравливание людей друг на друга»;
«Питание во время бегства»;
«Оказание первой помощи и самопомощи»;
«Контакты с охранниками» и т. д.

Обучаемых «допрашивают», подвергают различным мерам физического и морального воздействия, приучают к питанию неудобоваримыми продуктами, например бабочками, кузнечиками и др.

Кроме этого практически отрабатываются темы:
«Термальная закалка»;
«Немедикаментозное обезболивание»;
«Тренинг одиночества»;
«Тренинг допроса (что можно рассказать, как рассказывать)»;
«Тренинг побега и выживания».

Не менее важной задачей военной психологии является разработка методов оказания психологической помощи лицам, бежавшим (освобожденным) из плена.

Согласно В. Франклу, «освобожденный заключенный еще нуждается в психологической помощи. Само освобождение, внезапное снятие душевного гнета опасно в психологическом отношении. Эта опасность с характерологической точки зрения представляет собой не что иное, как психологический эквивалент кессонной болезни».

Использование достижений в сфере диагностики невербального поведения позволит военному разведчику в рамках соблюдения международных норм проводить допрос военнопленного и получать достоверную информацию.

Унижайте, раздевайте догола, угрожайте: учебные пособия британских ВС.


Комментариев нет:

Отправить комментарий