суббота, 29 июня 2013 г.

Татьяна Игонина. У отслуживших положенное по призыву девушек должны быть какие-то преференции ...

Депутаты Госдумы предлагают разрешить военную службу женщинам в возрасте от 18 до 27 лет. «Нужно ли российским женщинам служить в армии?» – поинтересовалась «Красная звезда» у победителя IV Всеармейского конкурса специалистов психологической работы Вооружённых Сил Российской Федерации Татьяны Игониной.

Татьяна Сергеевна ИГОНИНА, начальник пункта психологической помощи и реабилитации соединения, Западный военный округ: 

– Вопрос гендерности военной службы не имеет быстрых решений: это не просто принятие соответствующего закона, но и возникновение целого комплекса проблем. Тут перед принятием окончательного решения нужно семь раз отмерить… 

Так, для меня неясна мотивация службы в армии, которая может быть у девушек в 18 лет: важно понять, для чего это ей нужно. Если после службы в армии государство будет предоставлять какие-то льготы и социальные гарантии – это одно, если ничем материальным не подкрепить – другое. 

В военной службе по призыву сегодня всё чётко прописано: обязанности, права, стимулирование. Поэтому, считаю, у отслуживших положенное по призыву девушек должны быть какие-то преференции: поступление в вуз без экзаменов, первоочередное право зачисления на государственную службу, гарантированный служебный рост, последующее дополнительное пособие на ребёнка и т. п. 

Ведь нельзя не учитывать, что нынешняя молодёжь достаточно прагматична и одними призывами добровольно привлечь её в армию на достаточно длительный срок маловероятно. Для девушки это должен быть осознанный и аргументированный выбор, чтобы не пришлось столкнуться с тем, что через месяц-другой она начнёт искать пути возвращения на «гражданку». Поэтому важна профессиональная ориентация до призыва. 

У многих девушек весьма романтические представления об армейских буднях, а ведь ей придётся столкнуться с реальной действительностью, с тяготами и лишениями военной службы. Значит, потребуется довести полную информацию об условиях военной службы и её содержании. 

На мой взгляд, должна быть повышена возрастная планка: если призывать девушек, то не с 18 лет, а начиная с 20-21 года. Тогда уже будет понимание особенностей военной службы и своего места в строю, а кроме того, девушка сможет к тому времени приобрести специальность, близкую к военно-учётной

Кстати, сегодня очевидно, что список военно-учётных специальностей, которые могут занимать девушки, может быть расширен – в этом убеждает служба по контракту. Практика других стран также свидетельствует, что они могут служить не только медиками или связистами, но и снайперами, операторами высокотехнологичного вооружения, специалистами тылового обеспечения. 

Одновременно на законодательном уровне (или приказом министра обороны РФ) нужно чётко ограничить те сферы, куда женщин допускать нельзя. Речь идёт о сохранении их здоровья: не стоит забывать, что главное предназначение представительниц прекрасного пола – быть матерью. 

К примеру, я нередко бываю на занятиях у артиллеристов-самоходчиков: каково будет даже достаточно физически крепкой девушке поднимать снаряд в 40 с лишним килограммов? Если же включить её в состав расчёта, то, значит, изначально переложить нагрузку на её сослуживцев-мужчин – обязанности в подразделениях уже распределены. 

Существенный нюанс – в приказном порядке не запретишь девушке-военнослужащей срочной службы уходить в декретный отпуск. Это тоже, насколько я понимаю, пока что не учитывается. 

Опять же, коль принято ссылаться на зарубежный опыт, то там материальная сторона – главенствующая. Особая статья – создание необходимых для женщин бытовых условий. Им потребуется отдельное спальное помещение, специально оборудованные туалет и душевые кабинки – всё это дополнительные затраты. 

Оптимальный вариант, когда военнослужащие-женщины на ночь уходят домой или в общежитие за пределами части. Но комплекс проблем возникает при выезде на несколько недель на полигон, в период участия в многодневных напряжённых учениях. 

Конечно, главный критерий истины – практика. Но в данном случае нужно учитывать сложившиеся традиции, особенности менталитета военнослужащих-мужчин срочной службы, предвидеть развитие событий и возможные последствия. 

Пока не встречала серьёзных исследований на тему увеличения присутствия женщин в Российской армии. Аргументы сторонников введения военной службы по призыву малоубедительны, а сам механизм требует глубокой и детальной проработки.

Наталья ЧИРУК. Считаю, что целесообразнее создавать сугубо женские подразделения. 
Мария Герасименко. Нужно создавать отдельные женские подразделения. 
http://www.redstar.ru/index.php/component/k2/item/9929-v-armii-chto-za-ruljom

суббота, 22 июня 2013 г.

Анна Нестерова - Мисс Уральский институт ГПС МЧС России

Как уже сообщал ранее президиум Общества психологов силовых структур (ПО ПСС), 24 сентября 2013 года в г. Екатеринбурге на базе Уральского института Государственной противопожарной службы (УИГПС) МЧС России состоится Первый Всероссийский съезд психологов силовых структур. В съезде примут участие представители психологических служб всех ведущих силовых ведомств России, в т.ч. министерства обороны Российской Федерации. 

Пока, до открытия съезда психологов силовых структур ещё есть время, посмотрим чем живёт сегодня Уральский институт Государственной противопожарной службы (УИГПС) МЧС России. 

13 июня 2013 года в институте прошел второй этап конкурса «Мисс Уральского института ГПС МЧС России». Конкурсантки соревновались в умении себя представить.

Также был конкурс «Кутюрье», где необходимо было из куска ткани за короткий промежуток времени изготовить платье. В заключении девушки проявили свои способности в творческом конкурсе.

19 июня 2013 года состоялся финал конкурса «Мисс Уральский институт ГПС МЧС России». По решению жюри места распределились следующим образом:

Мисс УрИ ГПС МЧС - младший инспектор секретариата рядовой внутренней службы Анна Нестерова.

I вице-мисс УрИ ГПС МЧС России – студентка Лусинэ Сергеян.
II вице-мисс УрИ ГПС МЧС России – студентка Ирина Уткина.

Номинация «Мисс творчество» - 
Ирина Уткина.
«Мисс зрительских симпатий» - 
Лусинэ Сергеян.

Корону победительнице вручала «Мисс Уральского института ГПС МЧС России» 2011 года, участница конкурса «Мисс МЧС России» 2011 года Оксана Ивашина. Девушкам также были вручены ценные призы.

Новости Уральского института Государственной противопожарной службы (УИГПС) МЧС России на http://www.uigps.ru/index.php

среда, 19 июня 2013 г.

Медицинский психолог – судебный эксперт Татьяна Игонина

Не удержался и сделал перепост статьи Олега Починюк в "Красной звезде" о победителе IV Всеармейского конкурса специалистов психологической работы Вооружённых Cил РФ начальнике пункта психологической помощи и реабилитации артиллерийского соединения 20А Западного военного округа Татьяне Игониной. Тем более, что, Татьяна Сергеевна должна представлять Вооружённые Силы на конкурсе психологов силовых структур "Сила души" в ноябре этого года, если не уедет учиться по линии "Красного креста" в Италию - приз за победу в конкурсе .

ПОНЯТЬ, ПОДДЕРЖАТЬ, ПРЕДВИДЕТЬ. 
Автор Олег ПОЧИНЮК, «Красная звезда». 13.06.2013 

Ситуация самая что ни на есть экстремальная: пожар в отсеке подводной лодки. Пусть он и был воспроизведён на учебно-тренировочном комплексе, но даже для опытного моряка это каждый раз серьёзное испытание – обстановка максимально приближена к реальной. Поэтому старший лейтенант Иван Дмитриев, руководивший действиями подводников в «загоревшемся» отсеке, недоумевал: «Чем психолог нам может помочь?» 

Это уже потом офицер в корне изменил своё мнение, когда психолог Татьяна Игонина быстро установила контакт с его группой, рассказала о методах саморегуляции в аварийной ситуации, вместе с ними подготовила средства индивидуальной защиты и помогла настроить подводников на действия в экстремальной обстановке.

 – Ситуация действительно была непростая, особенно для абсолютно сухопутного специалиста – я работаю с артиллеристами, – говорит Игонина. – Но такое уж мне выпало испытание на одном из финальных этапов IV Всеармейского конкурса специалистов психологической работы Вооружённых Cил РФ. 

Он проводился на Северном флоте в течение четырёх дней, и специфику службы на корабле пришлось изучать в ускоренном темпе. Впрочем, коллегам (всего в конкурсе участвовали 26 психологов) достались тоже сложные задачи отработки борьбы за живучесть. 

Вообще само участие в конкурсе для психолога артиллерийского соединения Татьяны Игониной оказалось неожиданным – её объединение Западного военного округа должна была представлять коллега, но она за три недели до старта «сошла с дистанции». Поэтому времени на подготовку было в обрез.

– В основном требовалось показать знания и умения, которые используешь в повседневной работе, – делится впечатлениями Татьяна. – Хотя, конечно, конкурс есть конкурс – всегда хочется победить. Особенно когда приехали сильные соперники и конкуренция была очень высокой. Вот она и старалась.

Например, её ролик с самопрезентацией произвёл на жюри впечатление. Затем на тяжёлом авианесущем крейсере «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» она показала своё умение проводить психодиагностику воинского коллектива, когда каждой участнице была выделена группа матросов. 

Затем на «круглом столе», где рассматривалось поведение человека на войне и психологические аспекты предотвращения нарушения норм международного гуманитарного права, Игонина тоже не отмалчивалась. 

В результате заняла первое место, что стало своеобразным итогом четырёхлетнего пребывания в должности. Приятным сюрпризом стала победа психолога и для личного состава её родной артиллерийской бригады. 

 – Она у нас теперь «звезда», – шутит врио комбрига подполковник Олег Зубчик, добавляя вполне серьёзно. – Для нас, командиров всех подразделений и бригады в целом, главный результат работы Татьяны Сергеевны – отсутствие правонарушений и высокий уровень воинской дисциплины. 

Да, в этом направлении она трудится не одна, но её огромная заслуга в здоровом морально-нравственном климате в коллективе соединения очевидна. Мои слова подтвердит вам любой офицер. Если раньше кто-то и представлял работу военного психолога несколько упрощённо, то теперь такого нет и в помине. Это тот специалист, который поймёт, поддержит и позволит предвидеть развитие тех или иных событий в коллективе. 

А ведь в 2009-м были скептики, которые горячо отговаривали Игонину пойти на эту работу. Дескать, одни «дембеля» чего стоят! И всё-таки решила попробовать – не боги горшки обжигают. 

Помимо двух высших профильных образований и опыт уже имелся: после года преподавания в средней школе Татьяна семь лет проработала в Волгоградской психиатрической больнице специального типа с интенсивным наблюдением. Контингент ещё тот – преступники, признанные судом больными. 

Повысила профессиональную подготовку в Государственном научном центре социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского, получив квалификацию «Медицинский психолог – судебный эксперт». Неоднократно по запросу прокуратуры ей приходилось проводить экспертизу о вменяемости или невменяемости подследственных. 

Затем в 2006 году был переезд в Санкт-Петербург – вслед за мужем-офицером, поступившим в Михайловскую военную артиллерийскую академию. После его учёбы – служба в одном из гарнизонов тогда ещё Московского военного округа. 

Именно муж сообщил Татьяне об освободившейся вакансии по её профилю: должность психолога в их бригаде стала гражданской, и занимавшая её старший лейтенант Елена Михайлова переводилась к новому месту службы. Она при передаче должности дала Игониной основные рекомендации, а дальше всё самостоятельно. 

 – Пришлось всесторонне изучать специфику деятельности воинского коллектива – целой артиллерийской бригады, – вспоминает Татьяна. – Да, что-то знала, как жена офицера, но тут пришлось окунуться в совершенно другой мир и многое открыть для себя. Сразу скажу, что страхи оказались сильно преувеличенными, и они довольно быстро развеялись. С теми же отслужившими тогда ещё по полтора года ребятами-срочниками нашла общий язык – некоторые и сейчас с праздниками поздравляют. 

На первых порах Игонина поневоле сравнивала прежнюю работу в больнице с нынешней в соединении. Если в первом случае основной задачей была дифференциальная диагностика, то теперь требовалось идти дальше. Тут результат – лишь отправная точка для дальнейшей деятельности: нужно было вырабатывать конкретные рекомендации, общаться с личным составом, взаимодействовать с командирами, организовывать различные мероприятия. При этом учитывать специфику выявленных в воинском коллективе групп, их направленность, устанавливать лидеров и межличностные связи.

– Одинаковых людей не бывает, и каждый человек по-своему уникален – внутри него целый мир, – считает Игонина. – Понимаю, что вам хотелось бы услышать рассказ о борьбе за «трудного» солдата, но ведь моя задача – вместе с командиром подразделения добиться, чтобы такой «трудный» не появился. И правильно делают те офицеры, которые при каких-то первых «звоночках» неблагополучия приходят посоветоваться, приглашают ко мне подчинённых. 

Помню, командир батареи капитан Алексей Быков (тот самый, что стал победителем Всеармейских состязаний комбатов в 2010 году) одним из первых в бригаде осознал значимость работы психолога. В свою очередь и я гордилась, что его батарея была в числе лучших. 

Нередко влияние психолога на личный состав приносит приятные сюрпризы. Так, недавно, занимаясь психологическим сопровождением заступающих в гарнизонный караул, Игонина заметила у солдат и сержантов книги и среди них Зигмунда Фрейда. Вот ведь обмолвилась в одной из бесед, а слушатели заинтересовались. 

Или заходит в караульное помещение, а там «Боевой листок» необычно разукрашен разноцветными карандашами. Оказывается, таким вот способом нашли применение услышанному от психолога рассказу о цветовой методике Макса Люшера

Иными словами, всё, что Игонина даёт сержантам и солдатам, не уходит в песок, а преломляется в сознании и находит отражение в восприятии жизни. Это важнейший стимул и для самого психолога: в поисках полезного и интересного материала она и сама растёт как профессионал.

– Нельзя огульно хаять нынешнюю молодёжь, – убеждена Татьяна. – Ребята не только многим интересуются, но и умеют думать, делать правильные выводы и многого хотят добиться в жизни. Кабинет психолога находится не в штабе или клубе, а непосредственно в расположении одного из дивизионов

Туда обращаются не только офицеры, которым она помогает найти тропинку к душе солдата, но и личный состав срочной службы. Когда я шёл с ней по территории бригады, она то и дело рассказывала о повстречавшихся солдатах

– Вы, я вижу, каждого в лицо и по имени знаете? – не удержался я от вопроса. 
– А как же иначе? – улыбнулась Татьяна. – Это тоже моя работа. Люди ценят искренний интерес к себе. Ведь я интересуюсь ими не из праздного любопытства. Опять же мой телефон известен родителям солдат (после призыва им отправляется информационное письмо с номерами телефонов должностных лиц), и от них тоже нередко получаешь важные сведения о сыновьях. 

Иной раз важно просто успокоить сердобольную маму: одно дело, когда о нормальной службе сообщает её мальчик, и другое – психолог. Прекрасно их понимаю и стараюсь с ними найти взаимопонимание – у нас общие задачи на период службы сына. 

Позднее заместитель командира бригады по работе с личным составом подполковник Владимир Елагин рассказал, что когда идёт приём молодого пополнения, то психолог на период до принятия военной присяги перебазируется в расположение новичков. В это время они наиболее открыты к общению, сообщают интересующую психолога информацию – важно только правильно задать вопрос, расположить к себе собеседника. 

Иными словами, Игонина курирует личный состав с первых дней в соединении и до увольнения в запас. Случается, что некоторые её подопечные и с «гражданки» звонят и спрашивают совета. За всё время общения с Татьяной Игониной не услышал от неё ни одной жалобы или каких-то сетований на те или иные трудности. Хотя если откровенно, они есть: большая нагрузка, невысокая зарплата… 

А она лишь улыбается: «Мои коллеги-психологи подшучивают надо мной: дескать, ты сама готова платить, чтобы только ходить на эту работу. Но мне действительно интересно: постоянно меняются люди, появляются новые профессиональные вызовы, которым нужно соответствовать. Ты постоянно в движении, а движение – это и есть жизнь».

суббота, 15 июня 2013 г.

Капитан Наталья Майорова возглавит центр психологической работы Центрального военного округа (ЦВО)

Как сообщила пресс-служба Центрального военного округа, с 1 июля в округе начнет действовать центр психологической работы. 

Новая структура будет состоять из трех групп: психологического сопровождения, организации психологической подготовки и психологической помощи и реабилитации. 

В каждую группу войдут 3 человека. 

Каждая из них будет хорошо оснащена технически — современными комплексами аппаратно-программного и мультимедийного оборудования, психофизиологическим анализатором «Психофизиолог-Н», тренажерами «Гравислайдер-19», приборами биологической обратной связи «Мираж-1». 

Специалисты первой группы будут анализировать социально-психологические процессы в воинских коллективах, а также вести профилактическую и коррекционную работу по формированию психологического климата в подразделениях.

Вторая группа займется вопросами психологического сопровождения боевой подготовки, формированием у солдат, сержантов и офицеров психофизиологической готовности к выполнению поставленных задач. 

К ведению группы организации психологической подготовки и психологической помощи и реабилитации относятся вопросы работы с военнослужащими, отнесенными к группам риска, психопрофилактические занятия с теми, кто испытывает трудности в адаптации к военной службе. Особое внимание будет уделяться лицам, находящимся в кризисном состоянии в связи с семейными, личными и служебными проблемами.

Также специалисты центра будут привлекаться для оказания помощи военнослужащим в реабилитации после выполнения боевых задач и чрезвычайных ситуаций. 

Возглавит центр дипломированный психолог капитан Наталья Майорова 
(на фото).

* * *

p.s. Как вы уже поняли штат окружного центра психологической работы предусматривает десять должностей. В каждой из трёх групп по штату предусмотрены должность ведущего специалиста и две должности специалистов-психологов, все гражданские. Должность начальника центра замещается  офицером. 

Так же будут созданы центры психологической работы Восточного военного округа в Хабаровске, Западного военного округа в Санкт-Петербурге и Южного. Предполагаю, что им станет 625 окружной центр психологической помощи и реабилитации в Ростове на Дону, который ныне возглавляет победитель конкурса психологов силовых структур "Сила души" 2012 года Яна Онкамо

Что касается капитана Натальи Майоровой,    то психологи Центрального военного округа хорошо её знают, как организатора психологической работы в округе. Неоднократно она собирала их на профессиональную учёбу. 

Особенно ярко Наталья Михайловна проявила себя в мае 2012 года в Самаре, где  несомненно произвела неизгладимое впечатление на всех участников финала Третьего Всеармейского конкурса специалистов-психологов ВС РФ.

В марте 2012 года некогда психологу разведывательного батальона старшему лейтенанту Н.Майоровой досрочно присвоили воинское звание капитан, теперь ждём досрочного присвоения воинского звания майор

На конкурсе психологов ВС РФ в Самаре офицер УРЛС ЦВО капитан Майорова Наталья Михайловна от имени президиума Общества психологов силовых структур награждена медалью «За вклад в развитие военной психологии». Награждение состоялось на сцене Самарского Дома офицеров и вызвало овацию участников Третьего Всеармейского конкурса специалистов психологической работы Вооружённых Сил Российской Федерации. 

Психолог Наталья Майорова на передовой
Сайт МО РФ о центре психологической работы ЦВО

Психологи ГУ МЧС России по Саратовской области учатся и работают

Навстречу Первому съезду психологов силовых структур России 

Продолжая тему знакомства с психологами силовых структур, есть повод взглянуть на психологов Главного управлении МЧС России по Саратовской области. Психологическая служба здесь создана в 2003 году и включает 11 штатных специалистов.


В активе психологов МЧС из Саратовской области оказание экстренной психологической помощи пострадавшим  при взрыве арсенала в Ульяновске  в ноябре 2009 года, погорельцам в Нижегородской области летом 2010 года,  пострадавшим и их родственникам в ходе крупных ДТП и пожаров на территории области.

30 мая, в Главном управлении МЧС России по Саратовской области прошел учебно-методический сбор психологов. Специалисты обменивались опытом, подводили итоги своей работы за пять месяцев 2013 года и обсуждали проблемные вопросы. 


Со вступительным словом перед участниками сбора выступил Врио начальника Главного управления МЧС России по Саратовской области полковник внутренней службы Михаил Лихачев
(на фото). Он обратил внимание на необходимость помнить и соблюдать правила собственной безопасности во время работы на месте чрезвычайной ситуации. 


С анализом работы психологической службы выступила старший психолог капитан внутренней службы Инна Елистратова. (на фото)

Все участники сбора подготовили доклады по основным направлениям деятельности. 


Психолог ФГБОУ ДПО Учебного центра ФПС по Саратовской области Елена Маркарян (на фото крайняя справа) дала разъяснения на тему: «Методическое руководство по психодиагностическому обеспечению в МЧС России». 


Старший инспектор-психолог ФКУ «ЦУКС ГУ МЧС России по Саратовской области» майор внутренней службы Светлана Кропотова (на фото) подготовила доклад на тему: «Психологическая подготовка в системе МЧС России». 


Психолог ФГКУ «14 ОФПС по Саратовской области» г.Энгельс 
Екатерина Караваева (на фото третья слева) выступила на тему: «Профилактика суицидальных происшествий в системе МЧС России». 


Все психологи приняли активное участие в практических упражнениях, они обсудили предложенные методы работы и обменялись опытом проведения своей работы в подразделениях. 


Свою оценку работы и перспективы развития психологической службы довел до участников сбора начальник управления кадров, воспитательной работы и психологического обеспечения полковник внутренней службы Сергей Киселёв.

Подробней. Фото на http://www.64.mchs.gov.ru/news/detail.php?news=31696

В январе 2013 года  специалистов-психологов Главного управления МЧС России по Саратовской области уже собирали на учебно-методический сбор. Тогда для участия в сборе в Саратов прибыли 10 психологов со всей области. Программа сбора была насыщенной. 

Под руководством старшего психолога Главного управления Инны Елистратовой психологи изучали руководящие документы, приняли участие в практической тренировке на тему "Действия психолога на ЧС" по вводным - масштабный паводок в Лысогорском районе и снежные заносы, сопровождающиеся гибелью людей, в Красноармейском районе.

Оказывается психолог МЧС России должен при необходимости уметь грамотно дать интервью. О навыках общения с представителями СМИ в зоне чрезвычайной ситуации психологам рассказала руководитель пресс-службы Главного управления Наталья Куличенкова

С психологами был проведен специальный треннинг. Они учились составлять информационные сообщения для СМИ, попробовали себя в качестве интервьюироваемого, поработали над ошибками. 

В ходе сбора психологи МЧС сдали зачеты, также с ними был проведен строевой смотр.


По итогам работы за год почетные грамоты начальника Главного управления получили психологи Юлия Трофимова (Аткарск), Ольга Бородина (Вольск) и Елена Маркарян (Учебный центр ФПС по Саратовской области).

Подробней. Фото на http://www.64.mchs.gov.ru/news/detail.php?news=26290

В апреле 2013 года психологи Главного управления МЧС России по Саратовской области приняли участие во Всероссийском комплексном учении по ликвидации последствий крупномасштабных чрезвычайных ситуаций и пожаров. 

В ходе учения в Саратовской области проводилась проверка системы оповещения населения (с включением сирен), эвакуациях детей из зоны ЧС, тушение условного пожара. 

Отрабатывалась вводная: на Кумысной поляне в 200 метрах от ДОЛ «Березка» горит лес. Огонь угрожает лагерю, где отдыхают 400 детей, задымлена автодорога по ул.Новоузенской. На фото психолог Екатерина Караваева.

Подробней. Фото на http://www.64.mchs.gov.ru/news/detail.php?news=30195

См. Психологическая служба в Главном управлении МЧС России по Саратовской области http://www.64.mchs.gov.ru/powers/?SECTION_ID=459

среда, 12 июня 2013 г.

Северный флот ждёт офицеров-психологов

В Военном университете Минобороны России на днях состоится выпуск офицеров для Военно-морского флота. Дипломы офицеров-психологов получат в том числе представительницы прекрасного пола. 

В преддверии торжественного события, 
6 июня 2013 г. «Красная звезда» опубликовала статью  корреспондента Ольги Воробьёвой, побывавшей на Северном флоте.

Отдельные положения статьи потребовали уточнения, поэтому не удержался, появились примечания, да простит меня автор.

ФЛОТ ЖДЁТ ПРОФЕССИОНАЛОВ

Для многих выпускников военных вузов при выборе первого места службы решающими факторами становятся опыт и впечатления, полученные во время стажировки на последнем курсе. (прим. - А я думал наличие офицерских должностей. Хотя из чего собственно выбирать, если первичных офицерских должностей просто нет, а должности психологов замещаются гражданскими специалистами?).

Во многом определяющей стала стажировка в соединениях Северного флота для 15 курсантов пятого курса обучения Военного университета Министерства обороны России. В течение месяца будущие офицеры получали в войсках (прим. - правильно сказать на флоте) практические навыки по своей специальности. 

Четыре года они обучались в Санкт-Петербурге в Военно-морском институте радиоэлектроники им. А.С. Попова на факультете «Морально-психологическое обучение» (прим. - правильно «Морально-психологическое обеспечение (МПО)»). 

Летом 2012 года после расформирования этого факультета курсантов перевели в Военный университет Министерства обороны РФ на аналогичный факультет. Так что теперь они завершают образование уже в Москве.

Среди побывавших на Северном флоте курсантов было трое парней и 12 девушек. Один прошёл стажировку в Северодвинске в Беломорской военно-морской базе, все остальные - в соединениях и частях, дислоцирующихся в Мурманской области. Гарнизоны Печенга, Спутник, Полярный, Гаджиево и Североморск произвели на будущих офицеров хорошее впечатление. Но особенно им понравилась главная база Северного флота (прим. - ЗАТО Североморск - город за колючей проволокой и это не шутка). 

За месяц стажировки курсанты изучили руководящие документы по психологической работе (прим.- надо полагать Руководство по психологической работе в ВС РФ), провели психологическое обследование военнослужащих, проходящих службу по призыву и по контракту, а затем с учётом результатов тестов построили индивидуальную беседу с матросами и старшинами (прим. - строили, строили и наконец построили !!! ). 

Будущие офицеры участвовали в организации спортивных соревнований и культурных мероприятиях, вместе с военнослужащими по призыву посетили главные достопримечательности гарнизонов, в которых стажировались (прим. - к примеру, подводную лодку  К-21 - филиал военно-исторического музея Северного флота).

- Многие из курсантов уже во второй раз приехали на Северный флот - год назад они здесь прошли практику, им понравилось, поэтому попросились к нам и на стажировку, - рассказал контр-адмирал Анатолий Минаков (прим. - заместитель командующего Северным флотом по работе с личным составом). 

- Программу стажировки они выполнили в полном объёме, в чём я сам убедился, заслушав отчёты курсантов и побеседовав с их наставниками - заместителями командиров по работе с личным составом и нашими психологами соединений, курировавшими работу курсантов. 

Всем соединениям, в которых стажировались выпускники, была поставлена конкретная задача - привить курсантам навыки практической работы с личным составом, освоить различные методики психологической работы, помочь им понять своё место в войсках (прим. - так всё таки где, на флоте или в войсках ???). 

- В целом я доволен работой курсантов: они не только почерпнули необходимый для себя опыт, но и принесли реальную пользу на кораблях и в воинских частях, - подчеркнул контр-адмирал Анатолий Минаков

- Теперь же наша задача найти места для будущих офицеров-психологов (прим. - в условиях отсутствия в ВС РФ и на Северном флоте в частности должностей офицеров-психологов), которые изъявили желание прибыть по распределению на Северный флот, а таковых уже 8 человек, причём, большинство - девушки. 

Учитывая, что в Вооружённых Силах РФ наметились перспективы с увеличением штата психологических кадров (прим. - кто ещё не в курсе, с 01 июля 2013 года штат гражданских психологов в ВС РФ будет увеличен чуть ли ни в два раза. Внимание !!! Штат, а не заработная плата !!!), будущих офицеров ждёт интересная служба (прим. - возможно на должностях матросов !!!): обследование молодого пополнения (прим. - и «старого» пополнения (в/с по контракту) тоже ...), участие в дальних походах (прим. - на кораблях ВМФ России женщины воинскую службу не проходят, пока), работа в полевых условиях (прим. - Лозунг морских пехотинцев: "Вышел в поле - живи как свинья !!!"), психологическое обеспечение личного состава при подготовке и выполнении учебно-боевых задач.

Во время стажировки все курсанты с энтузиазмом трудились над дипломными проектами, старались наполнить их свежим практическим опытом, полученным в войсках (прим. - с каких пор Северный флот стал войском ???!!!). 

Для будущих офицеров главной целью проведённых психологических обследований военнослужащих было получить необходимые сведения для разработки своей темы дипломного проектирования.

Впереди у курсантов сдача государственных экзаменов, распределение по флотам и радость выпускного вечера. Очень хочется пожелать, чтобы у них всё получилось и энтузиазма хватило на долгие годы. А главное - чтобы выпускники Военного университета Министерства обороны стали на флоте настоящими профессионалами.

Прочитано 342 раза

Фото Ольги Воробьёвой.

p.s. Присоединяюсь к оптимистическим пожеланиям корреспондента "Красной звезды", что всё у них получится и энтузиазма хватит не уволиться хотя бы до Нового года.  Я думаю, к пожеланиям присоединятся и лейтенанты-психологи - выпускники прошлых лет, которые год, два и более ждут, когда же их, наконец-то, назначат на офицерские должности.

Если вы гражданский специалист психолог на должности начальника пункта психологической помощи и реабилитации воинской части, ваша должность с 01 июля сокращается и вводится должность начальника группы психологической работы, то УГРОЗЫ, что в ближайшее время вас попросят уйти, так как эта должность будет замещаться офицером (в/сл по контракту) НЕТ. Посмотрим, что будет дальше.  

четверг, 6 июня 2013 г.

Кapitän z. See Wolfgang Lüth. ПРОБЛЕМЫ РУКОВОДСТВА

К сведению психологов соединений подводных лодок


На сайте психологов силовых структур 6 мая 2013 года опубликован пост "Как стать успешным командиром". Судя по числу просмотров (более 52.000 на 6 июня 2013 года), он вызвал интерес читателей. Admin опубликовал отрывок из лекции Вольфанга Люта "Проблемы руководства", прочитанной им в 1943 году на конференции офицеров Германских военно-морских сил в Веймаре.

В 1943 году на конференции офицеров Kriegsmarine в Веймаре кapitän z. See Вольфганг Лют (нем. Wolfgang Lüth) прочитал лекцию "Проблемы руководства". В ней Лют разъяснил и проиллюстрировал примерами свой стиль командования подводной лодкой.  
Этот стиль был по-настоящему революционным, хотя основывался на обычном здравом смысле: заботьтесь о своих подчиненных, и они будут заботиться о вас. Однако для большинства германских офицеров того времени, как старых, так и молодых, это было совершенно неожиданно. 

Они даже не представляли, что нужно "любить" своих матросов или заботиться о них. Обычно командиров германских подводных лодок команды не то что не любили, а прямо-таки ненавидели.

Харальд Буш в книге "Подводные лодки в войне", который вышел в 2004 году в издательстве "Центрполиграф" под названием "Подводный флот Третьего рейха. Немецкие подлодки в войне, которая была почти выиграна. 1939-1945 гг.", приводит большую часть лекции "Проблемы руководства", за исключением текста, касающегося вопросов национал-социализма. Эта лекция примечательна тем, что она описывает повседневную жизнь немецких подводников во время выполнения задач в море в годы Второй мировой войны.

Справочно: Вольфганг Лют (нем. Wolfgang Lüth; 15 октября 1913 — 13 мая 1945) — немецкий подводник времён Второй мировой войны, кавалер Рыцарского креста с Дубовыми листьями, Мечами и Бриллиантами, один из наиболее результативных командиров-подводников кригсмарине. 

Вольфганг Лют родился 15 октября 1913 года в Риге.
В апреле 1933 года вступил в Kriegsmarine. Командовал подводными лодками U-9, U-138, U-43, U-181. 24 октября 1940 года лейтенант цур зее Лют награждён Рыцарским крестом за то, что за 27 дней потопил 49 000 т. К ноябрю 1943 года он потопил 43 корабля (225 712 т) и одну подводную лодку союзников, став вторым по результативности подводным асом Второй мировой войны. Застрелен немецким часовым 13 мая 1945 года. Часовой был оправдан, поскольку Лют не ответил на троекратный вопрос «Стой, кто идет».

Вольфанг Лют. ПРОБЛЕМЫ РУКОВОДСТВА. (в сокращении) 

Моя задача как командира подводной лодки – топить суда. Дабы преуспеть в этой задаче, надо, чтобы члены экипажа мне помогали, и для этого им надо не только исправно исполнять свои повседневные обязанности, когда подводная лодка находится в море, но и делать это с удовольствием

ЖИЗНЬ ПОДВОДНИКА

Жизнь на борту строится из долгих периодов монотонного существования, и надо уметь неделями переносить отсутствие успехов. А когда такое существование дополняется дождем глубинных бомб, нервное напряжение усугубляется грузом ответственности, который лежит главным образом на командире. 

Люди в подводной лодке, на которую сыплются глубинные бомбы, похожи на летчика, который, скажем, подвергся атаке трех истребителей противника. И тот чувствует, что каждый "выстрел" направлен прямо в него, и эти звуки заставляют съеживаться, пусть даже выстрел и не попал в цель. 

Но подводник не может выйти из боя и улететь; он не может маневрировать и вести ответный огонь. Кроме того, от ударов глубинных бомб в подводной лодке часто гаснет свет, и темнота приносит дополнительные страхи

Более того, по сравнению со службой в надводном флоте жизнь в подводной лодке носит неестественный и нездоровый характер. Тут не существует четкого различия между ночью и днем, потому что в отсеках непрерывно горит свет. Дни недели и воскресенья неотличимы друг от друга, и нет смены времен года.

Так что нормальный ритм жизни сбит и сведен к унылой монотонности и задача командира – вносить в нее разнообразие. Даже самые здоровые и крепкие члены команды страдают от постоянной смены климатических условий, с чем приходится сталкиваться во время патрулирования. 

Лодка от северных штормов уходит в тропики, от сырости и холода в лето – климатические зоны меняются одна за другой. Затем, поскольку большинство боевых действий подводная лодка ведет по ночам, возникает проблема рваного сна, а груз ответственности, который неделями лежит на командире, постоянно держит его в состоянии предельного напряжения. 

На нервы действует и духота в отсеках, и постоянный шум, и движение лодки – все это вызывает так называемый "консерво-невроз". Крепкий кофе и обильное курение плохо действуют на пищеварение и нервы, особенно по ночам на пустой желудок. 

Мне доводилось встречать молодых двадцатитрехлетних парней, которые после пары таких лет списывались с флота, поскольку не могли больше ходить в море. И конечно, даже на берегу нельзя слишком часто напиваться – во всяком случае, в военное время. 

В патрулях я никогда не пил кофе во время вахты, что так популярно в службе. Я лично воспринимал его с отвращением, поскольку его делали слишком крепким. Никогда не курил больше одной-двух сигар в день и никогда не напивался на берегу – ну, почти никогда...

КОМАНДНЫЙ ДУХ

Командный дух экипажа зиждется на: 
дисциплине; 
удачливости командира, поскольку экипаж всегда предпочтет уходить в море с удачливым командиром, пусть даже он будет полным олухом, но не с человеком, достойным уважения, но не потопившим ни одного корабля; 
хорошо организованной повседневной рутине
офицерах, которые правильно ведут себя с командой и подают экипажу хороший пример;
командире, чье лидерство сказывается на всех аспектах благополучия его экипажа – умственном, физическом и духовном. 

ДИСЦИПЛИНА

От командира зависит, чтобы тон в кают-компании задавал нормальный доброжелательный человек, а не тот, кто склонен делать ошибки. Он должен быть подобен садовнику – культивировать и растить здоровые саженцы и выпалывать сорняки. Добиться этого было несложно, потому что в подводном флоте у нас служила преимущественно молодежь двадцати – двадцати двух лет, а младший командный состав был в возрасте двадцати трех – двадцати пяти лет.

Очень помогает, если на борту как можно больше людей, в мирное время овладевших какой-нибудь интересной профессией, ибо команда состоит преимущественно из полуобразованных юношей, которые, случается, даже не окончили среднюю школу. 

Члены моего экипажа были родом со всех концов Германии. Большинство младших офицеров были женаты или обручены, и я старался отдавать предпочтение женатым людям. Я знал, что женщина может подорвать солдатский дух и боевой настрой, но по своему собственному опыту знал, что она может и укрепить его

Я часто отмечал, что женатый человек возвращается из отпуска в хорошем настроении. Я всегда был рад возможности познакомиться с женами членов команды. Я рассказывал, чего мы ждем от них, и думаю, это оказывало на них воздействие. 

Естественно, некоторые наказания, включенные в дисциплинарный устав, не могли применяться на подводных лодках во время войны, например, лишение увольнительных или сокращение времени отпуска. Другие, как, скажем, гауптвахта или приостановка денежных выплат, имели мало смысла

Допустим, я наказываю матроса двухнедельным заключением на гауптвахте – во всяком случае, он не может отбыть его до конца патрулирования и до возвращения домой делит со всеми те же опасности и радуется тем же успехам, когда при удаче все испытывают подъем боевого духа. И неужели спустя несколько месяцев после нарушения я мог отправить человека на гауптвахту? С моей стороны это было бы предельной глупостью. 

Но в море я продолжал иногда получать рапорты от командиров боевых частей, и при разборке серьезных случаев присутствовали все офицеры. Предположим, кто-то грубо ответил старшему по званию или по команде. В нормальных условиях это обошлось бы ему в трое суток гауптвахты. Вместо этого я наказывал его "жесткой койкой" – три дня виновный спал на голых досках без матраца и одеяла: это было неприятно и действовало куда эффективнее гауптвахты.

Конечно, о каждом наказании, которое вы выносите, должно быть официально объявлено команде – можете поместить сообщение в судовой газете или на доске объявлений, или в серьезных случаях объявить общий сбор. 

Но ни в коем случае нельзя делать из нарушителя жертву, и вы, командир, не имеете права вызывать у нарушителя чувство, будто вы что-то имеете лично против него. Он должен и дальше чувствовать, что по большому счету к нему хорошо относятся и уважают, как человека, который несет свой груз наравне со всеми. 

В целом я старался наказывать как можно меньше. Но такую политику нельзя вести, сложив на груди руки и надеясь, что все наладится само собой. Так вы ничего не добьетесь. Вы должны быть реально озабочены состоянием своих людей, принимать близко к сердцу их интересы и, руководя ими, должны быть решительны в своих действиях и требованиях. 

И наконец, отдавая приказ, четко и ясно растолкуйте, чего вы хотите, чтобы подчиненные исполняли его со знанием и умением. Ясно, что командир должен обеспечить доступ к себе в любое время и всегда быть в ровном состоянии духа. В противном случае если он будет держаться отчужденно и выражать недовольство, когда его беспокоят, то рано или поздно до него не дойдет жизненно важная информация. 

ВСЕ ДОЛЖНЫ БЫТЬ В КОМАНДЕ

Деятельность экипажа подводной лодки обладает одним недостатком – он не принимает активного участия в атаке. Вся власть и инициатива принятия решений принадлежат командиру. В то же время достаточно одной ошибки со стороны кого-то из членов команды – забыл, скажем, закрыть один клапан перед тем, как открыть другой, – и все, атака сорвана. 

Ошибки такого рода могут иметь решающее значение, но, если кто-то безукоризненно исполняет свои обязанности, в результате чего нам удается потопить вражеское судно, этот человек остается на втором плане и делит успех со всеми. Но когда успех достигнут, командир обязан приложить все силы – конечно, если позволяют обстоятельства, – чтобы каждый человек увидел и понял свой вклад в общее достижение

Однажды ночью я неожиданно наткнулся на конвой. Едва не столкнувшись с эсминцем, я ухитрился проскользнуть мимо другого и вышел на боевую позицию. Видимость была плохая, ситуация неясная, так что я шел на малой скорости, пока не смог разобраться, что к чему. 

Отдав необходимые приказы, я из боевой рубки обратился к старшему механику, который находился внизу, на посту управления, и в общих чертах обрисовал ему, что происходит, чтобы он мог сообщить об этом экипажу по внутренней радиосвязи. 

И, начиная разворот, я сообщил команде: "Начинаю атаку!" Наши рыбки пошли к цели, и секунд через сорок что-то должно было произойти. Конечно, все стали вести отсчет. Первый помощник уже начал вытаскивать пробку из бутылки в честь победы, а граммофон готовился грянуть триумфальный марш. 

После двух минут ожидания, когда ничего не произошло, я прервал эти приготовления коротким энергичным выражением. Если вы, потопив судно, оказались потом под глубинными бомбами, такая ситуация предоставляет хорошую возможность подробнее рассказать людям, как строилась атака. 

Если повезло остаться на поверхности, вы можете одного за другим вызывать их на мостик, чтобы они видели, как тонет пораженный ими корабль, или же давать им возможность посмотреть на него в окуляр перископа. 

СЕКРЕТНОСТЬ

"Единственное, к чему стоит прислушаться, – это то, что вы не собирались говорить" – я знаю, что таково общее убеждение, свойственное немцам; бытовало оно и в моем экипаже. Так что во время нашего последнего патрулирования, когда мы через Бискайский залив возвращались на базу, я погрузился как можно глубже и провел с командой беседу о правилах соблюдения секретности

Я не только рассказал о том, чего нельзя говорить, но и постарался показать, что и как можно говорить, чтобы вас слушали. А потом повесил на доску объявлений образец письма: "Дорогая Эрика, я снова на берегу и у меня все в порядке. Нам крупно повезло, и мы потопили несколько кораблей. И еще мы поймали акулу. Я завоевал первое место в турнире по шахматам". 

К письму я добавил целый список тем, которые можно упоминать в рассказе о нашем походе, так что каждый мог выбирать, что ему нравится. 

ОРГАНИЗАЦИЯ ПОВСЕДНЕВНОЙ ЖИЗНИ НА ПОДВОДНОЙ ЛОДКЕ 

Если человеку, оказавшемуся в отсеке подводной лодки, приходится считать ее своим домом (а со временем так и происходит), то повседневная жизнь экипажа должна быть организована на здоровой и постоянной основе – но не быть чрезмерно заорганизованной.

Время вне несения вахты принадлежит только и исключительно конкретному человеку, и он имеет неоспоримое право хотеть, чтобы его оставили в покое. Поскольку на лодке рано или поздно границы между днем и ночью начинают размываться, командир должен стараться искусственно сохранять это различие. 

Например, я приказывал во время ужина приглушить освещение в отсеках. После него каждый вечер в течение часа был концерт – звучала музыка с граммофонных пластинок. Вахта менялась в 20.00, и концерт длился полчаса до нее и полчаса после. 

Подчеркивалась разница между воскресеньем и рабочими днями. Воскресенье начиналось концертом, и первой пластинкой каждый раз была одна и та же: "В воскресенье право я имею до десяти часов лежать в постели – отдыхать..."; завершался день другой пластинкой, но получше – "Вечернюю песню" исполнял хор мальчиков из Регенсбургского кафедрального собора. 

Кроме того, я поощрял стремление членов команды как-то приодеться в воскресенье. Я говорил им: "Если у кого-то из вас есть чистая рубашка и вам хочется ее надеть, то не таскайте ее по рабочим дням – для этого есть воскресенье". 

Готовясь к выходу в море, каждый член команды притаскивал на борт десяток газет и иллюстрированных журналов, и время от времени я распределял их. По воскресеньям каждый получал новую порцию, и этого добра было столько, что даже к последнему дню патрулирования что-то оставалось. 

Определенные трудности доставляла ситуация, когда в экипаж приходили новые люди, которые многого толком не знали – например, как работает насос. Для того чтобы общение с ними не заставляло ждать других, я повесил на стенку объявление: "Излагай!", а над ним блокнот, в который каждый "клиент" мог вписать свое имя. 

И как только нам выпадало свободное время, я вызывал к себе того, кто записался последним, и объяснял ему неясности, пока для него не оставалось никаких сложностей. Чтобы это не походило на признание в каком-то проступке, каждый мог при желании приписать под своим именем еще несколько строчек. К концу патрулирования таких записей накопилось столько, что их можно было цитировать целый вечер! 

ПИТАНИЕ

Составлять меню было нелегким делом; при всех стараниях всегда находился тот, кому оно не нравилось. Так что я предоставил право каждой кают-компании самим решать, что они хотят есть – при условии, что они не будут первым делом покушаться на самые лучшие продукты. 

Конечно, в долгом походе довольно быстро приходится вводить ограничения. Я взял за правило, чтобы моряки, включая и младших офицеров, являлись к столу аккуратно одетыми – не потому, что я такой уж эстет, а потому, что, если они не будут держать себя соответствующим образом, может пострадать их авторитет. 

Тем не менее, я слышал, как какой-нибудь младший офицер ругал стюарда за недостаточно чистые тарелки, хотя у него самого были такие грязные руки, что он пачкал все, к чему прикасался. Такая непоследовательность могла привести к стойкому ухудшению отношений, но избежать этого было довольно легко. Пришлось объяснить кое-кому, что жаловаться надо лишь в том случае, когда действительно есть основания для жалобы

МЕДИЦИНА

На борту никогда не было необходимости слишком часто обращаться к врачу, поскольку команда была крепкая и здоровая. Но я требовал посещать доктора при малейшем недомогании, а не доводить дело до того, что человек выходил из строя. 

Лучше перехватить заболевание на ранней стадии. Человек не должен стесняться рассказывать о нем и не ждать, пока его недомогание бросится в глаза. Несколько требований к гигиене. Своим приказом я обязал всех носить утепляющие пояса и каждый вечер по громкой связи напоминал об этом команде. 

В тропиках никому не позволялось пить ледяную воду. Молодым морякам запрещалось курить на пустой желудок, и я заботился, чтобы кофе для вахтенных был не таким крепким, как это принято в службе. 

Даже в самых долгих походах мы никогда не сталкивались с сексуальными проблемами. Но все же я запрещал оклеивать переборки у коек изображениями голых женщин. Если ты голоден, это не значит, что ты должен оклеивать стены хлебными корками. Естественно, что, листая порой какую-нибудь книгу, ты можешь наткнуться на строчки, взывающие к твоим основным инстинктам, но лучше все эти проблемы оставлять за бортом. 

Когда мы сходили на берег, я советовал морякам покупать как можно больше для семей, чтобы деньги тратились с толком. Но когда команда возвращалась на базу, ей позволялось несколько расслабиться

ОФИЦЕРЫ

Дух корабельной кают-компании в большой мере зависит от примера, который подают офицеры. Под моим началом их было семнадцать человек. Четверо из них явно не подходили для службы на подводном флоте, но наконец смогли как-то приспособиться, семеро вышли из гардемаринов, из которых не повезло лишь одному. 

Все остальные отлично несли службу и помогали организовывать жизнь на борту так, чтобы "каждый день был воскресеньем". С молодой порослью офицеров надо быть готовым к неприятностям. Ясно, что все они разнятся, и, когда я забывал об этом, порой кто-то из них своим поведением напоминал мне о сем факте. 

В долгом походе на таком маленьком судне, как подводная лодка, приходится пресекать такие пошлости, как грязные истории, которые обычно рассказывают в мужских раздевалках. И не только потому, что они противоречат моральным установкам. Стоит им начаться, как они могут выйти из-под контроля, да и вообще они дают команде далеко не самый лучший пример поведения.

Я часто беседовал с офицерами, когда они несли вахту на мостике. Я спрашивал, какие, по их мнению, действия должны предпринять мы сегодня, чтобы уклониться от встречи с противником? А если условия благоприятствуют? А что, если мы неожиданно столкнемся с эсминцем? 

Появился самолет – когда мы должны нырять и когда можем оставаться на поверхности? Когда лучше атаковать и с какой стороны? Я обсуждал с ними ситуации, склонившись над подсвеченным штурманским столиком, и позволял им высказывать свои предположения, но они должны были быть рациональными, исходящими из боевого настроя, потому что страхов хватало и у меня самого и в дополнительных я не нуждался

Конечно, вы должны предоставлять офицерам возможность оставаться в своей компании, чтобы они могли до колик посмеяться над своим командиром. Естественно, трапезничали мы все вместе, и в кают-компанию каждый должен был являться аккуратным и подтянутым: столовое белье у нас было белым или в крайнем случае оно когда-то было белым. 

Чтобы придать бытию цивилизованный характер, мы практически каждый день садились играть в карты – обычно в дурака, – и можно было только радоваться, если какая-то книга привлекала всеобщее внимание, и потом мы обсуждали ее.

ГЛУБИННЫЕ БОМБЫ

Это говорилось так часто, что стало общим местом: под глубинными бомбами все смотрят на офицеров. У меня был один офицер, который, когда начинали рваться глубинные бомбы и он был свободен от вахты, ложился спать! Он просыпался, лишь когда что-то сваливалось ему на голову. В таких случаях он бурчал про себя что-то вроде "отдохнуть не дают" и немедленно засыпал снова

Как-то раз, всплыв, мы оказались в минном заграждении, и я спросил его, в какую сторону, по его мнению, надо перекладывать руль, на правый борт или на левый. Он бесхитростно ответил: "Совершенно не важно. Если вы завтра проснетесь, то, значит, действовали верно, вот и все". Его трудно было вывести из себя; просто ему были свойственны природная безмятежность и суховатый юморок. 

Под глубинными бомбами основная тяжесть, кроме офицеров, лежала на акустике, потому что он первым слышал приближение эсминца. Я запрещал им в любых обстоятельствах громко докладывать мне, что охотник за лодками идет прямо на нас. 

Каждый доклад передавался мне через вестового, которому полагалось соблюдать спокойствие и говорить тихим голосом. Он никогда не использовал слова "эсминец", на него было наложено табу – мы говорили о "небольшом корабле", избавляя команду от излишнего беспокойства. 

Во время глубинной бомбардировки вы должны как-то добиться, чтобы все моряки, свободные от вахт, разошлись по своим койкам и легли спать. Вы должны убедиться, что все в самом деле дышат через окислительные патроны – хотя бы офицеры, – потому что те доставляют неудобства, и многие, когда считают, что их никто не видит, стараются избавиться от них.

Когда все было налажено, командир тоже мог прилечь и сделать вид, что спит. Для команды вид спящего командира был доказательством того, что дела не так уж плохи. Но сначала я обходил лодку и рассказывал команде, что мы делаем, дабы сбить врага со следа. Не стоит забывать, что это важно, и всегда стоит использовать такую возможность. 

МОРАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ 

В долгом походе офицеры должны обладать сообразительностью и способностями, чтобы команда увлеченно принимала то, что им предлагают. Сам я предпочитал не играть первую скрипку, когда заходила речь об организации свободного времени. Просто, беседуя с офицерами и командой, я рассказывал, какие у них есть возможности, делал одно-другое предложение, а остальное зависело от них. 

Легко было проводить турниры по шахматам и скату. О положении в турнирной таблице рассказывалось по внутрикорабельной связи и в нашей газете, так что первые два или три раза энтузиазм удавалось поддерживать до конца турниров.

Люди должны знать, за что они воюют, сознательно и с готовностью рисковать своими жизнями. Но часто приходилось иметь дело с какой-то пассивностью. 

Порой по воскресеньям я приказывал погрузиться на глубину и созывал общее собрание экипажа. Я рассказывал им о великих фигурах нашей истории и о том вкладе, что они внесли. По моей просьбе офицеры читали лекции на темы, которые их интересовали: например, главный механик рассказал, что можно извлечь из угля, как из сырья; кто-то еще – об Атлантике, ее климате и животном мире, о Гольфстриме, пассатах и летучих рыбах.

Все это морякам стоило знать. Темы лекций становились предметом обсуждения, и если предмет был изложен понятным языком, то об этом говорили несколько дней, поскольку большинство свободного времени моряки проводили лежа на койках и болтая с приятелями.

Как и почти на всех подводных лодках, у нас была своя газета. Как правило, она начиналась с короткого изложения политических новостей, и, поскольку я считал этот раздел достаточно важным, всегда сам составлял его. Вторая часть была посвящена "местным новостям", то есть событиям нескольких последних дней, которые излагались в юмористическом тоне. 

Сообщения, полученные из радиоперехвата, всегда подбирались так, чтобы создать достаточно оптимистическую картину общей ситуации. Прежде чем уходить в патрулирование, капитан должен убедиться, что на борту имеется достаточное разнообразие книг – от солидных трудов до легкой литературы

Тут необходимо сказать еще об одной детали. Пусть даже люди любят читать, вы не можете ожидать, что, отстояв часы своей вахты, они при тусклом свете будут сидеть за шатким столом кают-компании, приткнутом в проеме между запасными торпедами. 

Они хотят с удобствами вытянуться на своей койке, и не так сложно пристроить над каждым спальным местом по небольшой лампочке, чтобы каждый мог читать сколько ему захочется. 

Сколько бы ни было на борту граммофонных пластинок, к концу патрулирования все они надоедают. Так что я позволял слушать музыку не больше часа каждый день. Каждая кают-компания по очереди сама выбирала себе программу по вкусу. Если же у кого-то был день рождения, то ему позволялось самому подбирать себе музыкальную программу. 

Я уже упоминал о турнирах по шахматам и скату. Но у нас проходили и другие соревнования. Например, каждый должен был спеть в микрофон песню, и команда выставляла певцам оценки, как в школе. Первым призом служило освобождение от вахты, которую нес за него командир. 

Если обладателем второго приза становился матрос, то ему под наблюдением старшего механика дозволялось включить дизель, и, покинув машинное отделение, он поднимался на мостик и какое-то время командовал лодкой

Проводили мы и спортивные соревнования, которые, к веселью слушателей и участников комментировались "по радио" в стиле Олимпийских игр. К одному концу прочной веревки подвешивался солидный груз, а другой крепился к стержню примерно восемнадцати дюймов в длину. Работая только кистями, надо было намотать веревку на стержень, подняв груз и снова опустив его. Победителем объявлялся тот, кто мог это сделать максимальное количество раз. 

Я привожу столько подробностей, дабы вы поняли – есть бесконечное количество возможностей разнообразить жизнь команды на подводной лодке. 

Проводили мы и конкурс повествований. Каждый должен был выдумать какую-нибудь удивительную историю своих приключений – типа того, что мужчины во время отпуска рассказывают семье, и в микрофон изложить ее всей команде. Некоторые из таких выдумок были вполне правдоподобны, прямо хоть печатай! 

Приведу еще один последний пример. Медик наставлял команду по вопросам здоровья и гигиены. Поскольку пространства для движения было немного и чаще всего приходилось сидеть, мы организовали конкурс поэзии. Каждый должен был сочинить четыре или восемь строчек, в юмористической форме изложив какое-то предписание врача. 

Если вы хотите успешно командовать подводной лодкой, необходимо учитывать две существенные проблемы. Первая – дисциплина. Вторая – неустанная изматывающая подготовка команды, чтобы каждый ее член в мельчайших деталях знал свои обязанности. 

Аксиомы эти хорошо известны, и я не буду преувеличивать их значение. Но есть и другая вещь – командир должен проявлять подлинную и активную заботу о команде; поэтому я и вникал во все подробности свободного времяпровождения. 

Командиру недостаточно отдавать приказы и время от времени накладывать наказания – ведь его успех полностью зависит от других людей, которые преследуют те же цели, что и он. Все должны жить и действовать лишь ради своей лодки и ни для чего иного, и команда должна считать честью служить под командой только этого капитана

Я приведу пример, который покажет, что я имею в виду. В одном из походов у меня был боцман. В общем-то хороший парень, но у него была печальная особенность все путать. Мы шли через одно из наших минных заграждений, и я сказал ему: "Завтра утром, в 3.00, ты должен начать идти зигзагами, потому что занимается рассвет и мы можем встретиться с вражеской подлодкой. Утром же, в 5.00, мы сменим курс с 300 градусов на 270". 

Когда в пять утра я поднялся на мостик, увидел, что он уже сменил курс без меня – два часа назад, когда начал идти переменными галсами! Идя курсом 270 градусов, он спутал правый борт с левым и, закладывая следующий галс, довернул лодку на 240 градусов вместо 300. Так что два полных часа мы ползли по минному полю

Это было ужасное ощущение, и я был в ярости от мысли, что из-за такого болвана мы могли взлететь в воздух. Я не мог удержаться и сказал ему, что, если мы налетим на мину, я найду его и на небесах! 

Мы тут же развернулись и осторожно пошли обратно по своему следу. Его можно было разнести в клочки, но что остается делать в такой ситуации командиру, как не спросить себя: "А не моя ли это ошибка?

Не стоило терять времени, обрушивая проклятия на его голову; в будущем он должен будет безукоризненно исполнять все свои обязанности, чтобы избежать повторения подобного. И тогда неприятные неожиданности не удивят его – в любом случае их будет более чем достаточно.

Командир и его офицеры могут и должны уметь устранять последствия таких ошибок, ибо, если они возникают, именно они становятся тем последним рубежом, который отвечает за все. Я убежден, что много лодок гибло из-за ошибок куда меньших, чем эта, и что многим лодкам не удавалось добиться успеха из-за таких непредсказуемых накладок. 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Не забывайте: что бы ни случалось, командир обязан верить в своих людей и доверять им. Потому что мы имеем одно огромное преимущество: наша молодежь беспредельно настойчива и энергична, и если уж она настигла врага, то, пока в ней кипит жар битвы, она снова и снова будет рваться в бой. И мы должны уважать и любить ее.

вторник, 4 июня 2013 г.

Берг Т.Н. Адаптация к условиям службы военнослужащих по призыву

Берг Т.Н. Психологическая адаптация младших специалистов подводного флота.

Выдержка из научной работы психолога 51 учебного отряда подводного плавания Тихоокеанского флота кандидата психологических наук старшего лейтенанта Берг Татьяны Николаевны.

Глава 2. Система психической адаптации к условиям военной службы.
2.3 Адаптация к условиям службы военнослужащих срочной службы (прим. - военнослужащих по призыву). 

Служба на флоте в целом положительно влияет на нервную систему личного состава. Этому способствуют рациональная организация воинской жизни и здоровые отношения между военнослужащими, регламентированные уставами. 


В то же время военная служба нередко связана со значительными физическими нагрузками и нервно-психическим напряжением, что при некоторых обстоятельствах особенно при нарушениях уставных положений, регламентирующих боевую подготовку, может вызвать у отдельных военнослужащих недостаточность их адаптационных возможностей и развитие нервно-психических расстройств. 

В структуре адаптации к военной службе В.Н. Ковалев выделяет три важных элемента: 
1. Освоение служебно-должностных функций.
2. Включение в общественную жизнь коллектива.
3. Установление межличностных, дружеских связей и отношений. 

Как аспекты адаптации к военной службе выделяются: - адаптация воинов к экстремальной ситуации и к условиям боевой деятельности (М.И. Дьяченко, М.П. Коробейников, Н.Ф. Феденко); - адаптация к воинской службе военнослужащих различных видов ВС (Г.А. Броневицкий, Ю.П. Зуев, A.M. Столяренко); - адаптация молодых солдат в связи с проблемой дисциплинированности (В.Г. Демин, А.В. Барабанщиков, С.С. Муцынов); адаптация курсантов военных училищ (A.M. Александров, Ю.А. Бородин, Л.Ф. Железняк, В.Я. Яблонко и др.); -социально-психологическая адаптация молодых воинов (В.Н. Ковалев, АД. Глоточкин, Л.Г. Егоров, В.Ф. Давыдов, Л.Е. Мерзляк, Ж.Г. Сенокосов). 

В военной психологии можно выделить два основных подхода к пониманию сущности социально-психологической адаптации: 

1. В системе отношений "индивид - среда" приоритетную роль имеет социальная среда, воздействующая на индивида. Основное содержание адаптации - это усвоение ролей, функций, навыков и умений. В результате происходит изменение социального статуса личности.

2. Адаптация - это двусторонний процесс взаимодействия личности и воинского коллектива, включение ее в систему отношений. В результате наблюдается изменение не только качеств самого воина, но и параметров воинского коллектива. 

Отдавая предпочтение второй точке зрения, можно согласиться с выводом Ж.Г. Сенокосова, который в процессе адаптации выделяет две стороны: 

1. Выбор и реализацию военнослужащим таких способов поведения и форм общения, которые позволяют согласовывать требования и ожидания участников адаптивной ситуации в условиях соответствия или несоответствия основных ценностей личности и воинского коллектива.

2. Принятие коллективом нового индивида через предъявление ему системы определенных требований, обусловленных ценностями, нормами, традициями данного коллектива, стилем руководства и лидерства в нем, уровнем его организованности и сплоченности. 

Успешность адаптации военнослужащего определяет степень адаптированности индивида, принятия личностью ценностных ориентации, установок, традиций воинского коллектива, глубину и широту ее контактов с командирами и сослуживцами, уровень удовлетворенности установленными взаимоотношениями и своим положением в группе. 

При этом, адаптированность целесообразно учитывать в трех основных сферах: 
- в сфере взаимоотношений с начальником; 
- между сослуживцами; 
- между личностью и микрогруппой (воинским коллективом). 

К особенностям социально-психологической адаптации личности в юности - времени прохождения срочной службы - относятся: 
- особая роль среды неформального общения; 
- потребность соотносить свою позицию с мнением и установками той группы, к которой принадлежал ранее, стремление оценивать себя так, будто друзья видят все поступки и сохраняют психологическую близость и общность; 

- тяга к символике и атрибутике, которая бытовала в сфере неформального общения; 
- установка на примитивность социальных механизмов взаимодействия и управления в группах, основанных на преобладании лидера и ограниченной автономии других членов;
- игнорирование опыта предшествующих поколений, тенденция пользоваться исключительно методом проб и ошибок
- конфликтность, обусловленная стремлением к стабилизации личностного развития на уровне подростково-молодежных корпоративных ценностных ориентаций [114,115]. 

При адаптации к военной службе следует учитывать и влияние личностных особенностей на ее процесс. Как отмечал М.И. Драгомиров: "...важнейшим военным элементом является человек. Важнейшим свойством человека - его нравственная энергия. Однако, имея дело с человеком; нужно брать его целиком, как он есть, а не создавать себе человека гипотетического, т.е. представляющего одну волю, или один ум, или, наконец, одну физику" [55. С.68]. 

Для адаптационного процесса значимы ценностные ориентации индивида, направленность, степень совпадения личностных ориентаций с ценностными ориентациями воинской группы, особенности адаптивного опыта индивида. 

Психологическая и педагогическая работа должна проводится в направлении: преодоления сложившихся в прошлом привычек, установок, отношения к воинской жизни; - формирования новых специфических форм общения; - выявления средовых обстоятельств, отрицательно влияющих на формирование личности (тип социального неблагополучия, отсутствие реальной роли в коллективе, коммуникативные затруднения и др.); выяснения характера реакции на конфликтообразующие обстоятельства (стремление утвердиться неадекватным способом, психологическая изоляция, оппозиционно-демонстративная форма поведения, компенсаторно-уступчивая позиция и др.); - изучение эмоциональных реакций индивида на затруднения средовой адаптации (игнорирование конфликта, подавленное состояние, повышения уровня тревожности и др.); определения индивидуальных особенностей личности и черт характера, затрудняющих адаптацию к условиям воспитательной среды в конфликтных обстоятельствах. 

Затруднять адаптацию могут психотравмирующие факторы, иногда встречающиеся в условиях военной службы. 

Эти факторы могут быть систематизированы по продолжительности - на острые (одномоментные) и хронические (в виде длительных психотравмирующих ситуаций), а по содержанию - на личностно-семейные или связанные со служебной деятельностью (профессионально-служебные). 

К личностно-семейным психотравмирующим факторам относятся такие, как болезнь родственников и близких, неурядицы и разлад в семье, ссоры, размолвка с женой или любимой девушкой, конфликты на сексуальной почве, переживания, связанные с наличием соматического заболевания и др.. 

Характерными профессионально-служебными психотравмирующими факторами являются неудачи по службе, некоторые ситуации, воспринимаемые как опасные для здоровья и жизни, переутомления, неправильные приемы воспитания, конфликты с товарищами и т.п. 

Из психотравмирующих факторов, специфичных для службы на флоте, могут быть названы трудности и неудачи, вызванные необходимостью повторной адаптации к усложняющимся условиям службы на разных этапах становления корабельных специалистов, психогенная переработка воздействия некоторых климатических факторов, нарушения биологических ритмов организма, переживания, связанные с воздействием неблагоприятных факторов обитаемости, отрыв от семьи в длительных морских походах, не в полной мере реализуемая система предпоходового и послепоходового отдыха, в единичных случаях известное травмирующее значение имеет "болезнь моря, корабля". [6,125,126]. 

Адаптация к условиям военной службы сопряжена с перестройкой всего уклада жизни и деятельности молодого человека. Адаптационный период к условиям военной службы обычно продолжается до 2-3 месяцев и не у всех военнослужащих протекает гладко. 

К факторам, воздействующим на физическое и психическое состояние военнослужащего срочной службы, относятся: другой ритм жизни, строгий распорядок дня, требования воинской дисциплины, соблюдение субординации, значительные физические и психические нагрузки, необходимость приобретения специальных военных знаний и навыков, освоение нового круга обязанностей, изменение характера и режима питания, определенные бытовые неудобства, смена временного пояса, непривычные климатические условия, особенности географического местоположения. 

Кроме того, необходимо адаптироваться и к специфическим условиям службы, например пребыванию на корабле, в танке, прыжкам с парашютом, несению караульной службы [126]. 

На значение повседневных воинских обязанностей указывал еще М. И. Драгомиров: "Лучшую практику, как в укоренении чувства долга, так и в развитии прочих нравственных качеств солдата в мирное время представляет так называемая караульная или гарнизонная служба в ее существенной части. Она есть первое применение всего того, что солдат должен чувствовать и знать. Она же есть, и при том единственная, действительная служба солдата и офицера в мирное время; все прочие отделы их занятий мирного времени представляют не более как подготовку к службе в военное время" [55. С.53]. 

Поведение военнослужащего определяется не его склонностями и желаниями, а требованиями уставов и приказами командиров. Он должен привыкнуть к жизни в воинском коллективе, имеющем сложившиеся традиции и определенный психологический климат. У 5% молодых военнослужащих процесс адаптации протекает тяжело. 

Как правило, такие лица предъявляют жалобы на быструю утомляемость, головные боли, головокружение, боли в мышцах спины, нижних конечностей, неприятные ощущения в области сердца, сердцебиение одышку при физической нагрузке и эмоциональном напряжении, нарушение сна и аппетита. 

У них отмечается частая смена настроения (при преобладании плохого настроения) раздражительность, слезливость, чрезмерное волнение при встрече с командиром, ответах на занятиях. 

Затрудняют адаптацию и такие факторы, как недостаточная психологическая готовность к трудностям военной службы, слабая физическая подготовка, недостаточный уровень интеллектуального развития, воспитание в неблагополучных семьях, переживания разлуки с домом и семьей, нарушение в связи с призывом на военную службу личных планов (поступление в учебное заведение, откладывание женитьбы, срыв возможности получить квартиру и т.д.), призыв на военную службу в возрасте старше призывного. 

Труднее адаптируются женатые, имеющие детей или близких и родных, находящихся на попечении военнослужащих [75,106]. 

К факторам адаптации (дезадаптации) относят и слабую предшествующую психологическую подготовку к военной службе и негативное отношение к ней; психотравмирующие конфликты между молодыми воинами и старослужащими в воинском коллективе (неуставные взаимоотношения), грубость и педагогические ошибки командиров, характерологические особенности молодых военнослужащих, такие, как вспыльчивость, конфликтность, чрезмерное упрямство, обидчивость, капризность, эгоцентризм, иждивенческие тенденции, впечатлительность, робость, неуверенность в своих силах [114,115]. 

Функциональная недостаточность адаптационных механизмов и систем чаще в своей основе имеет биологическую слабость нервной системы и реже - дефекты предшествующего социального формирования личности (воспитание вне семьи, отсутствие одного из родителей, безнадзорность, педагогическая запущенность). 

Затрудненная адаптация не обязательно ведет к плохому прохождению дальнейшей службы. При правильно построенной психопрофилактической работе в воинской части (на корабле) даже военнослужащие с длительными и болезненными формами адаптации впоследствии могут успешно выполнять служебные обязанности. 

В механизме адаптации условно выделяют специфические (при адаптации к одному фактору среды) и неспецифические (при адаптации одновременно ко многим факторам, в начальный период действия любого фактора), регуляторные и энергетические компоненты. 

Характеристика условий и особенностей деятельности военнослужащих срочной службы ВМФ заставляет особое внимание уделять неспецифическим процессам адаптации. 

В условиях службы на подводных лодках, надводных кораблях, в авиации, береговых ракетно-артиллерийских войсках, морской пехоте имеются существенные различия. Особенностью службы в ВМФ является неоднократное изменение условий службы матросов и старшин плавающего состава, так как они в начале проходят подготовку в учебных отрядах и школах ВМФ, а затем направляются на корабли. 

И, наконец, важной особенностью воинского труда моряков является длительность плавания кораблей в низких и высоких широтах Мирового океана. При этом, деятельность специалистов флота протекает в условиях значительного эмоционального напряжения, связанного с высокой ответственностью за успешное выполнение боевых задач. 

Плавсостав ВМФ, как было показано выше, должен многократно приспосабливаться к разнообразным факторам природной, технической и социальной среды. Этим определяется большое значение проблемы адаптации в военной психологии. 

На современных боевых кораблях, оснащенных сложнейшей техникой, существенно меняется и характер труда личного состава. 

Возрастает удельный вес специальностей операторского профиля, предъявляющих к организму военнослужащих и, в особенности, к нервной системе и психике ряд требований. 

Кандидат на любую корабельную специальность должен обладать: 
1. Высоким уровнем развития: - направленности личности, в особенности мотивации; - комплекса общих профессионально значимых личностных свойств, характеризующих главным образом степень ответственности за выполнение порученной работы; - эмоциональной устойчивости; - основных свойств высшей нервной деятельности, в особенности силы возбудительного и тормозного процессов в коре головного мозга. 

2. Не ниже, чем средним уровнем развития устойчивости, интенсивности и переключения внимания. Наряду с техническим совершенствованием кораблей и улучшением условий их обитаемости одновременно увеличивается длительность плавания и соответственно возрастает нервно-психическое напряжение у людей операторской деятельности, т.е. обслуживающих технику. 

Профессия оператора предъявляет особые требования к субъекту труда. Это, обусловлено, прежде всего, большой ответственностью за правильность и своевременность действий, необходимостью постоянного декодирования условной символики, умением видеть на ее основе реальный производственный процесс, недоступный прямому наблюдению. Конкретный характер требований зависит от уровня автоматизации и технического совершенства системы, а также от вида операторской деятельности [21,26,71,149]. 

Составными частями операторского труда являются прием, анализ и переработка информации, а также принятие решений и двигательное или речевое воздействие на управляемую систему. Эффективность такого вида деятельности определяется функциональным состоянием ЦНС и анализаторов, высшей нервной деятельностью и личностными качествами специалистов, а также психофизиологическими резервами организма. 

В ряде маневров операторы вынуждены одновременно включаться в несколько контуров управления, когда, будучи занятыми управлением одной системы, они управляют и другой. 

С физиологической точки зрения, работа в двух контурах означает, что человеку необходимо концентрировать процесс в двух различных функциональных системах мозга. Сама по себе такая работа, даже при прочно выработанных навыках, требует большого нервного напряжения. Особенно трудной она бывает, когда два вида деятельности по своему характеру очень близки [48]. 

В условиях плавания у корабельных специалистов отмечается постоянное чередование противоположных с физиологической точки зрения режимов работы. В зависимости от психологического содержания условно различают два режима операторской деятельности: - преимущественно в режиме ожидания и готовности к экстренным действиям по жестко заданным алгоритмам; - с постоянно высокой загрузкой операторскими действиями на всем протяжении дежурства (вахты). 

Психологическая сущность режима ожидания состоит в готовности к своевременным и точным действиям оператора при появлении сигнального раздражителя (команды), на базе которого строится весь комплекс психических и психофизиологических процессов и реакций. 

Как правило, в режиме ожидания состояние оператора по своим физиологическим характеристикам приближается к так называемому оперативному покою. Основную часть времени, приходящегося на дежурство (вахту) в неосложненных условиях, занимает ожидание сигнала к экстренному действию. 

Появления сигнала по времени является неопределенным. В этот период операторы выполняют функции слежения, наблюдения, контроля за текущими показаниями приборов, отображающих состояние технических систем. 

У них отмечаются монотонность деятельности, уменьшение потока сенсорных раздражителей, что при длительном плавании может привести к существенному ухудшению функционального состояния организма и к снижению работоспособности у корабельных специалистов. При объявлении боевой тревоги значительно возрастает ответственность корабельных специалистов, а работа их характеризуется большой напряженностью ... 

... В аварийных ситуациях, на личный состав воздействуют экстремальные факторы внешней среды (вода, повышенное давление воздушной среды, высокие и низкие температуры и др.). 

К особенностям профессиональной деятельности корабельных специалистов относится выраженное психоэмоциональное напряжение, поддерживающееся фактически во время всего похода. 

Высокий уровень психоэмоционального напряжения может быть обусловлен влиянием различных факторов. Наиболее типичными из которых являются: высокая социальная ответственность за выполняемую работу, дефицит времени и информации (или чрезмерный поток информации) для принятия решения и последующих действий, действие помех различной модальности, влияние неблагоприятных факторов обитаемости, межличностная несовместимость, социально-психологическая и сенсорная изоляция. 

Профессиональная деятельность корабельных специалистов операторского профиля характеризуется в ряде случаев возникновением экстремальных режимов работы, связанных с отказами техники, ошибками оператора, сложными и ответственными задачами управления, внешними помехами в работе, измененным психическим состоянием оператора и многими другими факторами, которые создают напряженные условия для информационного воздействия человека с техникой. 

Наиболее распространенными стрессогенными факторами информационного содержания процесса операторской деятельности является: 

1. Семантические - дефицит информации, противоречивость информации, субъективная сложность задачи, низкая субъективная вероятность поступления и восприятия информации, субъективная опасность ситуации, избыточность информации, субъективная сложность задачи, субъективная неопределенность момента предъявления информации и т.д.

2. Временные - дефицит времени, высокий темп предъявления информации, аритмичность предъявления информации, неопределенность времени (неожиданность) поступления сигнала, возрастающий информационный поток, возрастающий темп предъявления информации и т.д. 

3. Организационные - низкая объективная вероятность предъявления информации, объективная неопределенность момента предъявления информации, неправильный выбор необходимой информации, отвлечения внимания, пропуск сигнала, совмещенная деятельность, объективная сложность задачи, объективная опасность ситуации и т.д.

4. Технические - отказ системы, маскировка сигнала, блокировка сигнала, отключение сигнала, искажение информации, ложная информация, интерференция сигналов, противоречие информационных признаков ситуации, недостаточно привлекающий эффект сигнала, несоответствие сигнальных признаков информации и т.д. 

Помимо перечисленных информационных факторов, формирующих стрессогенный характер процесса операторской деятельности, в качестве сопутствующих, предрасполагающих причин развития информационного стресса могут быть индивидуальные особенности субъекта труда.

Операторская деятельность представляет собой вид труда, обусловленный повышенными требованиями не только к уровню нервно-психической устойчивости, здоровью, физической подготовленности, морально-нравственному, психофизиологическому состоянию, но и труд, который включает четыре специфические этапа: прием информации, ее оценку и переработку, принятие решения, реализацию принятого решения [17,27,126]. 

Особенностями деятельности оператора на этапе восприятия информации является отсутствие непосредственного контакта с объектом управления, восприятие информации в закодированном виде и соотнесение ее с состоянием системы. 

В основе второго этапа операторской деятельности (оценка и переработка информации) лежит анализ и обобщение информации, выделение критических объектов и ситуаций. На основе заранее известных критериев важности и срочности определяется очередность обработки информации и принимается решение о необходимых действиях. 

Время принятия решения зависит от сложности алгоритма и качества возможных вариантов решения. Содержанием этапа реализации принятого решения является исполнение его с помощью определенных действий (движения, мышечного усилия, воздействия на средства управления) или отдачи соответствующих распоряжений. 

Выше перечисленные этапы деятельности присутствуют в труде практически всех групп операторов, однако, какой-либо из них всегда является ведущим. 

Исходя из этого принципа, операторов можно разделить на специалистов преимущественно сенсорного, сенсомоторного, и логического типа

В Учебном отряде подводного плавания, на базе которого проводились исследования, осуществляется подготовка и обучение преимущественно операторов сенсорного и сенсомоторного типа

К этой группе можно отнести такие корабельные специальности как: гидроакустики; радисты; радиотелеграфисты; штурманские электрики. Характерной особенностью этих специальностей, является большой объем воспринимаемой информации. Выполнение такой деятельности в психологическом и психофизиологическом отношении требует достаточно эмоциональной и нервно-психической устойчивости, высокого функционального напряжения слухового и зрительного анализаторов, большой устойчивости и концентрации внимания. 

Таким образом, анализ аспектов адаптации к военной службе позволяет выделить в процессе психической адаптации военнослужащих срочной службы ВМФ ряд этапов: 

Так, первый этап - начальная адаптация (от момента призыва до 2-3 месяцев службы) имеет своим содержанием принятие правил, норм, распорядка военной службы (адаптация к условиям военной службы). 

На этом этапе военнослужащий адаптируется к новым климатическим условиям, физическим нагрузкам (психофизиологический аспект адаптации), новой микрогруппе (социально-психологический аспект адаптации). На этом же этапе происходит перестройка структур самоотношения, самооценки, ценностно-мотивационной сферы; переживание разлуки с родными и близкими (аспект собственно психической адаптации). 

Второй этап - этап военно-профессиональной подготовки (2 месяца-6 месяцев) связан с началом обучения военно-учетной специальности. На этом этапе происходит дальнейшее расширение обязанностей, репертуара социальных ролей военнослужащего. 

Третий этап - этап принятия должностных обязанностей на боевом корабле (6 месяцев - 2 года). На этом этапе происходит адаптация к разнообразным факторам обитаемости корабля, условиям корабельной службы, особым условиям труда корабельного специалиста, новой микрогруппе. 

При выполнении боевых заданий плавсостав каждый раз проходит адаптацию к условиям плавания, которая также имеет этапы: дезадаптация - адаптация - утомление - реадаптация (приспособление к условиям берега). 

Хотя каждый этап имеет определенные временные границы, но, вместе с тем, накладываются друг на друга, поэтому могут быть обозначены и как уровни адаптации к условиям военной службы.

Берг Т.Н. Психологическая адаптация младших специалистов подводного флота. 
Введение диссертации - http://aleksey-pelevin.blogspot.com/2013/06/blog-post_3.html