В День космонавтики в самую пору вспомнить Юрия Алексеевича Гагарина и экстремальные условия первого полёта человека в космос.
В день перед вывозом ракеты-носителя на стартовый стол при взвешивании Гагарина в скафандре с креслом обнаружился перевес в 14 килограммов.
В срочном порядке в течение одной ночи были разработаны и проведены работы по облегчению космического корабля, которые, в частности, включали в себя обрезку ряда кабелей, что впоследствии и привело к ряду нештатных ситуаций во время полета.
После посадки Юрия Гагарина в корабль "Восток" и закрытия посадочного люка один индикатор из трёх контактов не включился.
Именно этот контакт отвечал после отстрела крышки люка за запуск таймера катапультирования космонавта из спускаемого аппарата (так называемого "шарика").
Не было бы отсчета времени, не было бы катапультирования, и космонавт погиб бы в спускаемом аппарате.
На старте по указанию Королева люк был открыт, контакт поправлен, и люк был закрыт заново.
Выведение корабля на орбиту проходило нормально, но один из приборов сломался, и команда на выключение двигателя центрального блока ракеты не прошла с Земли.
Выключение прошло по запасному варианту с запозданием на полсекунды и превышением расчетной скорости на 22 м/с.
В результате, когда закончила работу третья ступень, корабль оказался на нерасчетной орбите с апогеем (высшая точка орбиты) примерно на 100 км выше, чем планировалось.
Ракета должна была вывести "Восток" на орбиту с параметрами 182,5 км в перигее на 217 км в апогее, но ее параметры составили 180 на 327 км.
Штатная орбита была рассчитана так, чтобы корабль мог вернуться на Землю за счет трения об атмосферу примерно за четверо суток, если не сработает тормозная двигательная установка.
На достигнутой орбите корабль мог находиться от 20 до 50 дней, в то время как системы жизнеобеспечения "Востока" были рассчитаны максимум на 10 суток!
Гагарину об этом не сказали, потому что он всё равно ничего не мог сделать.
На орбите Гагарин сообщал о своих ощущениях, состоянии корабля и наблюдениях. Гагарин пил, ел, делал записи карандашом.
Все свои ощущения и наблюдения он записывал на бортовой магнитофон.
До полёта не было известно, как человеческая психика будет вести себя в космосе, поэтому была предусмотрена специальная защита от того, чтобы первый космонавт в порыве помешательства не попытался бы управлять полётом корабля или испортить аппаратуру.
Чтобы включить ручное управление, ему надо было вскрыть запечатанный конверт, внутри которого лежал листок с математической задачей, при решении которой получался код разблокировки панели управления.
На 67-й минуте орбитального полета сработала тормозная двигательная установка (ТДУ) и "Восток" с Гагариным начал спуск.
Однако ТДУ не выдала полный импульс из-за потери части топлива.
Орбитальную скорость "Востока" удалось снизить лишь на 132 м/с вместо расчетных 136 м/с.
Корабль пошел на спуск по более пологой траектории.
Это запустило ряд других нештатных ситуаций.
Была нарушена стабилизация корабля.
Из-за преждевременного выключения ТДУ и недобора на 4 м/с заданной скорости торможения, автоматика выдала запрет на штатное разделение спускаемого аппарата и приборно-двигательного отсека.
По этой же причине через камеру сгорания и рулевые сопла под остаточным давлением вылетал газ наддува и окислитель, из-за чего в течение 10 минут перед входом в атмосферу корабль беспорядочно вращался со скоростью, как определял Юрий Гагарин, 30 градусов в секунду.
"Получился "кордебалет": голова-ноги, голова-ноги с очень большой скоростью вращения. Все кружилось. То вижу Африку, то горизонт, то небо. Только успевал закрываться от Солнца, чтобы свет не падал в глаза.
Я поставил ноги к иллюминатору, но не закрывал шторки. Мне было интересно самому, что происходит. Я ждал разделения", —рассказывал потом Гагарин.
Не было штатного разделения приборного отсека.
Команда на разделение отсеков поступила от термодатчиков в верхних слоях атмосферы.
При этом четыре стальные ленты, соединявшие отсеки, отстрелились нормально, но кабельный разъём не разъединился, и отсеки остались связаны кабелями.
И только в плотных слоях атмосферы эти электрические связи перегорели, освободив спускаемый аппарат.
К 10-кратными перегрузками Гагарин был готов, сложнее было пережить нагрузки психологические.
После входа капсулы в атмосферу загорелась обшивка корабля (температура снаружи при спуске достигала 3—5 тысяч °C), по стёклам иллюминаторов потекли струйки жидкого металла, а сама кабина начала потрескивать.
"Я горю! Прощайте!" Об этих словах Гагарина долго не говорили, но именно так он сказал, когда увидел в иллюминаторе языки пламени и ручейки расплавленной обшивки.
При спуске Гагарин пережил максимальные перегрузки до 12g, которые чуть не закончились для него потерей сознания.
"По моим ощущениям перегрузка была за 10g. Был такой момент, примерно секунды 2–3, когда у меня начали "расплываться" показания на приборах. В глазах стало немного сереть", — вспоминал космонавт.
Потеря фокуса зрения и потемнение в глазах признак того, что дело идет к потере сознания.
Обычно такое происходит при 10–12g, но Гагарин смог выдержать это испытание.
Спускаемый аппарат с Гагариным не долетел до расчетного района посадки 180 км.
Когда кресло с Гагариным катапультировалось из спускаемого аппарата, взору космонавта открылся вид на Волгу.
"Я сразу увидел большую реку. И подумал, что это Волга. Больше других таких рек нет в этом районе", — вспоминал Гагарин.
Катапультирование произошло над берегом, и космонавт опасался, что ветром его отнесет к реке и придется приводняться.
После катапультирования над Гагариным последовательно раскрылись тормозной и основной парашюты, а затем из нагрудного ранца вышел и запасной парашют.
Это было предусмотрено схемой спуска, хотя и представляло некоторую опасность.
Сначала запасной парашют провалился вниз, не раскрывшись.
Гагарин спускался в герметичном скафандре.
После раскрытия основного парашюта космонавт должен был открыть клапан, чтобы дышать атмосферным воздухом, но открывающий тросик затерялся в складках одежды.
"Трудно было с открытием клапана дыхания в воздухе. Я минут шесть никак не мог его достать. Потом расстегнул демаскирующую оболочку и с помощью зеркала вытащил тросик и открыл клапан ", —вспоминал сам Гагарин.
Небольшое прямоугольное зеркальце крепилось на передней поверхности правого предплечья скафандра космонавта.
Парашютный нож спас Юрия Гагарина.
При спуске «Востока-1» на высоте более 4-х километров из спускаемого аппарата катапультировалось кресло с космонавтом.
В нём он сидел во время полёта на НАЗе (на носимом аварийном запасе, весом 40 кг). Потом заряд выкинул из кресла НАЗ вместе с космонавтом.
В это время под Гагариным на длинном очень прочном фале, длиной 15 метров, продолжал болтаться НАЗ с отделившейся от него, надувшейся маленькой лодочкой МЛАС-1 (морская лодка аварийно-спасательная на одного человека).
Гагарин видел, что спускается в Волгу во время ледохода.
Река была покрыта плывущими льдинами.
Он понял, что и НАЗ и МЛАС приводняться далеко от него (на длину фала 15 метров) и будут отделены от него льдинами, а его может утопить ледоход.
Гагарин принял верное, непредусмотренное никакими инструкциями, решение.
Вынял парашютный нож и с большим трудом все-таки перерезал фал.
НАЗ пошёл вниз.
Космонавт стал легче и перелетел ледяную Волгу.
НАЗ никто не нашёл.
В нём было пол-литра чистого спирта и пол-литра армянского коньяка.
В носимый аварийный запас советских космонавтов входил МЛАС-1, пистолет системы Макарова, мачете, перочинный нож, медикаменты и бинты, портативная радиостанция, сухое горючее, веревки, минимальный набор продуктов питания, теплые вещи и устройства для ночёвки, средства для отпугивания акул ...
Гагарин успешно приземлился в Саратовской области, неподалёку от Энгельса напугав своим появлением в скафандре жену лесника и её дочь.
12 апреля 2025 года исполнилось 64 года с момента легендарного полета Юрия Гагарина, открывшего человечеству дорогу к звездам.
С праздником! С Днём космонавтики!
