.webp)
Директор Театра на Таганке Николай Лукьянович Дупак в интервью Наталье Сейбель рассказал почему Иосиф Виссарионович Сталин запретил спектакль "Юность вождя"
Беседа записана 4 июля 2016 и опубликована 31 мая 2019.
Спектакль «Юность вождя» — это постановка по пьесе грузинского драматурга Георгия Нахуцришвили, которая была написана в 1949 году.
Она посвящена молодому Иосифу Сталину, тогда ещё студенту Тифлисской семинарии, и событиям 1896–1898 годов, в центре которых — организация забастовки железнодорожных рабочих.
Премьера спектакля состоялась в 1952 году в Московском драматическом театре имени К. С. Станиславского.
Режиссёром был Михаил Яншин, художником — Борис Эрдман.
Роль молодого Сталина исполнил Алексей Головин, а одного из семинаристов — Евгений Леонов.
Официальная критика восторженно приняла спектакль, и в театре даже рассчитывали на Сталинскую премию.
Однако через два месяца постановку сняли. сам Сталин не пришёл на премьеру, но прочитал пьесу и остался недоволен, сказав: «Я таким не был».
Н. Д.: Про Сталина. «Юность вождя» был потрясающий спектакль.
Семинария, вот этот период.
Спектакль пользовался грандиозным успехом.
И решили показать Иосифу Виссарионовичу.
Для этого привезли этот спектакль в филиал Художественного театра.
Знаете, где филиал Художественного театра?
Где театр Немировича-Данченко и Станиславского, в переулке.
Бывший театр Корша.
Вот там мы репетировали.
Там раньше мы из ружей стреляли, но потом решили перенести на бутафорские, а из «Мосфильма» привезли такую бочку…
Вставляются патроны, ты бьешь молоточком, и идет стрельба.
Ну и что?
В семь часов нет Иосифа Виссарионовича.
Десять минут — нет Иосифа Виссарионовича.
Пятнадцать минут — появляется фельдъегерь, посланец.
К великому сожалению, Иосиф Виссарионович не приедет.
Умер Чойбалсан.
Вы же, наверно, не знаете, кто это такой?
Н. С.: Нет.
Н. Д.: Это генеральный секретарь Монгольской Народной Республики. И он счел бестактным пойти на спектакль в этот час.
Н. С.: Так и не пришел?
Н. Д.: А мы на следующий день уехали уже в Ленинград на гастроли.
Сыграли фантастический спектакль.
Попасть было невозможно.
Как в свое время на «Доброго [человека из Сезуана]».
Сыграли два спектакля, а третий спектакль сказали запретить, не играть этот спектакль.
А там сцена такая была: забастовка в Батуми, железная дорога, паровозы, вот такое.
А потом следующая сцена — спальня семинариста.
Мы в рубашках, подштанниках вот таких.
Петя Глебов играл там. И я был…
Перед этим чего-то речь говорил.
Митинг, жарко.
Короче говоря, через три часа после этого спектакля пришел приказ председателя комитета: «Спектакль „Юность вождя“ с репертуара срочно снять».
Успех, аплодисменты.
Представлены к Государственной Сталинской премии Головин, Глебов, Дупак, Леонов, Яншин.
Пять человек. Кто-то еще. Вот такая трагедия. Сняли спектакль.
Н. С.: А почему, непонятно?
Н. Д.: Да понятно. Ну, это как рассказывал Фадеев. Зачитали «Юность вождя» Сталинской премии.
Сидит вождь у окошка, курит. Пауза.
«Дорогие товарищи, к великому сожалению, я не смог посмотреть этот спектакль.
Умер Чойбалсан.
Я счел бестактным идти на спектакль после смерти товарища, руководителя монгольских коммунистов.
Я попросил текст пьесы.
Я прочитал пьесу.
Товарищ Нахуцришвили буквально с пеленок делает меня революционером.
А я был простой грузинский семинарист.
И что-то появилось очень много этих спектаклей в театре.
„Юность вождя“, потом спектакль в Театре юного зрителя.
Очень много мальчиков появилось, этих самых Сосо.
Это нехорошо.
Ни к чему».
И ни у кого не нашлось сил и энергии, что у нас там и показывают как раз мальчика Сосо, показывают нормально.
Весник потрясающе играл учителя.
Ваш покорный слуга играл Мишу Давиташвили.
Мы в течение нескольких минут…
«Манифест Коммунистической партии».
«Призрак бродит по Европе».
И читали, и все садились.
И я восторженно читал это все.
Сцена происходила в классе, а там в классе вот такая школьная доска, на которой пишут.
И вдруг Яншин: «Николай! Алеша!»
Николай Дупак и Алеша Головин, который играл Сталина.
«Зайдите за доску. Зайдите за доску. Зайдите за доску».
Мы зашли за доску.
«Вот читайте».
«Призрак бродит по Европе — призрак…»
Что там — на полстраницы всю суть…
«Вот так оставить!»
И вы не представляете, это был один из самых потрясающих…
Такая тишина!
И все хотели расслышать, какой призрак бродит по Европе.
Конечно, жалко этот спектакль.
Был достойный.
И потрясающе там Женя Леонов играл, все время подслушивал чего-то.
Мы чего-то говорим — он обязательно… «Ты чего?»
— «А я это… Я ничего».
Он все докладывал учителю.
Нет, хороший спектакль.
Даже где-то статьи хорошие были. И вот так.
И сколько потом после смерти хотели восстановить, но Пономаренко (был секретарь белорусский от культуры) говорит: «Неудобно, если Сталин запретил спектакль, а мы будем играть».
Ну и так это…
Но я считаю, что в то время очень смело это все было.
Ничего не боялись. Столько глупостей.
Сталин тринадцать раз смотрел «Дни Турбиных».
Он пригласил Константина Сергеевича Станиславского, постановщика спектакля.
Это особый гений, супергений.
«Константин Сергеевич, скучно».
У того глаза на лоб лезут.
«Скучно в антракте».
А потом байку рассказывают, что Калинин был на спектакле…
Ну, много баек всяких про этих сильных мира…
Я ведь со всеми…
С Калининым я общался.
С Ворошиловым я общался.
С кем я не общался?
Н. С.: С Берией общались?
Н. Д.: С Молотовым общался.
Уж с Лужковым общался. Много, много…
Да со всеми общался...
Комментариев нет:
Отправить комментарий